Мой единственный мужчина

Прикосновение вышло легким, едва ощутимым, но почему-то по телу прошла жаркая волна, накрывая с головой. Да что же это такое! И как вообще я буду выполнять свою работу, если от самой простой близости этого мужчины, с первых минут знакомства забываю себя?

– Тоже ничего. Что ж, это упрощает дело. Отчасти.

Что значит, отчасти? Я вот очень даже рада, что он не знает обо мне всего на свете. Но вот рада ли тому, что и для меня этот мужчина остается загадкой…

Так, что-то я опять не о том думаю!

– У вас есть ко мне еще какие-то вопросы, нара Гвендолин? Лучше обсудить их здесь, сдается, так вам будет комфортнее.

Нет, этот мужчина, видящий меня насквозь, сведет однажды с ума!

Покачала головой. Если что-то я и хотела бы спросить, сейчас уже не помнила. Справиться бы с колотящимся сердцем, которое мне теперь будто и не принадлежало.

– Тогда собирайте вещи, я подожду, – сказал он, перемещаясь и располагаясь за моим столом.

Защелкал голограммами, открывая какие-то отчеты, погрузился в явно привычную работу.

Я вдохнула поглубже и направилась к шкафу с одеждой.

Рафаэль Эрмер

Номер комнаты в общежитии мне скинул Ланс, когда я приземлился на стоянке флаеров, и уже через несколько минут я оказался в нужном крыле.

Приложил ладонь, позволяя системе защиты считать информацию, и, несмотря на доступ, который у меня имелся в академии в каждое помещение, пользоваться им не стал. Подождал пять минут, покосился на датчики, сообщавшие, что Гвендолин находится в комнате, но открывать почему-то не спешит.

Осторожно постучал в дверь, гадая над причинами происходящего. Конечно, девушка может отправиться в душ, придется подождать, но что-то мне подсказывало, дело не в этом.

Наконец, допуск подтвердился, двери распахнулись.

Ее темно-карие глаза, старательно прятавшие ненормальную тревогу, ударили навылет. От неожиданных, ранее никогда не испытываемых ощущений, я замер, не сразу придя в себя.

Тихонько вдохнул, возвращая самообладание и рассматривая стройную, какую-то ненормально хрупкую в своем темно-сером с ассиметричными белыми и черными вставками космокобминезоне, Гвендолин.

Мягкие черты лица, чуть растрепанные волосы, собранные в косу, которую она от волнения теребит, кусая при этом коралловые губы. Ни капли не изменилась с того мгновения, как я видел ее на выпускном сестры. От этой мысли почему-то захотелось улыбнуться, но я этого не сделал. Девчонка и так явно чем-то встревожена, не стоит добавлять лишних волнений.