Бывший муж

Боже… Пусть у него найдутся оправдания. Пожалуйста!..

Упав на стул, я обхватываю голову руками. Раскачиваясь вперед – назад, пытаюсь собрать себя в кучу.

Дышу полной грудью. Сознательно глушу в себе панику.

«Паника – это последнее дело, Маруся – говорил папа, когда учил меня плавать, – поддавшись панике, ты перестаешь здраво мыслить».

Верно. Папа, как всегда прав.

Умыв лицо холодной водой прямо на кухне, заставляю себя улыбнуться.

Это фото ничего не значит. Рука Руслана, лежащая на спинке соседнего стула, ни о чем не говорит.

Ну, а Ира… Иру понять можно, с таким–то мужем, как у нее. Она из-за него мужикам не верит априори.

Фух…

Решительно убрав мясо обратно в морозилку, выливаю воду из кастрюли, вытираю стол и пол, а после, заварив чаю с сушеной земляникой, иду в гостиную.

В тишине мои шаги раздаются гулким эхом. Квартира огромна, в два этажа, больше двухсот квадратов, а обжитых комнат только три – кухня, спальня и гостиная.

Я не понимаю, зачем Руслан ее купил. «Она соответствует нашему статусу» – пресек он тогда мои возмущения.

А мне она не нравится, и настроения обживать ее нет совершенно. Я бы с удовольствием вернулась в нашу прежнюю квартиру, уютную двушку, но она, к сожалению, уже продана.

Усевшись с ногами в угол дивана, я включаю вечерний канал. Новости. Листаю дальше – ток – шоу, сериалы, снова шоу…

Черт… не могу…

Достаю телефон из-под диванной подушки и снова открываю то фото. Смотрю, пока перед глазами не начинает расплываться.

Удивительно, как устроена наша психика.

Мы легко верим в самое худшее. Крошечный намек, брошенный кем-то косой взгляд, одно неосторожное слово, плюс наша собственная фантазия – и вот мы уже готовы поверить в самое ужасное. Почему так же легко не верится в хорошее? Почему мы склонны все драматизировать?

Не справляясь с волнением, я выключаю телевизор и направляюсь в душ. Но глянув на часы, решаю принять ванну. Так быстрее время пройдет.

Лежу в воде, пока она не остывает. По громкой разговариваю с папой.

Он у меня доктор исторических наук, преподает студентам в вузе. Отвлекая меня от грустных мыслей, рассказывает о работе, жалуется, что на него снова повесили всех заочников.

Потом я перебираюсь в спальню. Листаю новостную ленту в телефоне и сама не замечаю, как засыпаю.

Просыпаюсь резко, как от толчка. За окном занимается рассвет, а в кровати я одна.

В животе от страха образуется холод. Соскакиваю, зачем-то хватаю одежду, бросаю ее обратно в кресло.