Мой темный принц

– Если уж так хочешь, отдашь при первой возможности.

– Достаточно того, что ты помогал мне в пути. Денег брать не буду, выкручусь.

Если бы только знала как!

В животе, как назло, заурчало.

– Значит, когда я помогаю в дороге – это нормально? А просто что-то купить, от этого твоя гордость страдает, – прошипел он.

Я вздохнула. Как ему объяснить, что не привыкла быть обязанной? Не поймет. Пожала плечами, развернулась и отправилась к доске с объявлениями. В одной лавочке слышала, что завтра планируются представления.

Может, есть какие-то соревнования, где можно поучаствовать?

Торг начинался на рассвете и продолжался почти до заката. И состязания, как и подумала, тоже были. В основном на силу, выносливость, смелость. Да и приз значительный – сто золотых! Да на эти деньги можно купить два таких дома, как у старосты, и еще останется! Пару дней назад мы с Лиром как раз разговаривали о деньгах этого мира. Эх, жаль, я не могу выиграть ни в одном подобном соревновании! Какой из меня боец?

Я пробежалась дальше по списку.

Метание ножей, стрельба из лука, конкурс певцов… Попробовать? Медведь мне на ухо вроде бы не наступал, в ноты попадаю. И приз как раз денежный. По условиям конкурса необходимо исполнить три песни – веселую, грустную и одну на свой выбор. Но… на выступление допускались только женщины в платьях! Откуда взялось такое условие, непонятно, и я озадаченно запустила пальцы в волосы. Если с песнями проблем не будет, где взять платье?

Лир оказался рядом незаметно. Развернул к себе, сердито уставился в глаза.

– Либо идешь со мной сама, либо поволоку на плече, как законную добычу. Выбирай.

Треснуть его по макушке, что ли? Очень уж хочется!

Фыркнула, отправилась к кондитерской. Пирожные и сладкие пироги, как вскоре выяснилось, тут отменные, так и таяли во рту, а ароматный чай выше всяких похвал. Или кто-то просто одичал во время путешествия через лес?

К реке, протекавшей в другой стороне деревни, мы шли полчаса. В воде плескалась малышня, деревенские женщины стирали и полоскали белье, напевая под нос песенку о красавице, потерявшей возлюбленного.

Желание нырнуть и проверить, насколько тут глубоко, было ожидаемо. Я же русалка, а тут и солнышко припекает. Только, если сниму зачарованный нечистью костюм, догадаются, кто я. Но и остаться в нем нельзя, сочтут чудачкой. Лир бросил сумку на пригорке и лег в густую траву, вдыхая запах цветов, усилившийся в жару. Я последовала его примеру, но мыслями все равно была далека.