Мой темный принц

Интересно, а как он узнал, что Агриппина невинна?

– Буду.

Не в одежде же купаться! Да и Лир прав, пока не стоит рисковать и оставаться одной. Тем более мага после его рассказа о запрете на соблазнение невинных девиц я сочла безопасным. Заигрывать и развлекаться, может, и будет, но дальше не пойдет.

Как потом выяснилось, я надеялась зря. Маг скинул одежду, наложил какое-то заклинание, явно решив меня не слушать, но теперь мое воображение не находило покоя. А когда я почти разделась и направилась внутрь, даже отвернулся и подождал, пока я плесну на ноги воды.

Практически сразу хвостом сшибла таз с водой, и Лир вымок и повернулся ко мне.

То, что маг затеял пакость или месть, поняла почти сразу по коварному выражению лица. И вроде бы ничего плохого Лир не делал, вел себя целомудренно, предложил помочь промыть волосы, но… Это ощущение хождения по краю пропасти меня не покидало. Сердце замирало, билось пойманной птицей. С трудом дышалось, с трудом думалось, с трудом получалось возвращаться в реальность, пока его руки просто скользили и бережно перебирали пряди волос.

Была в этом какая-то особая интимность и чувственность. Даже когда Лир попросил лечь на лавке на живот, я не стала отказываться.

Его пальцы скользили по моим позвонкам, исследовали, а запах незнакомых трав, из которых было сделано мыло, дурманил. Лир перевернул меня на спину.

Что он творит? И что творю я? Надо бы остановиться, задуматься, вспомнить про всякие «нельзя». Зачем же я позволяю Лиру глядеть на меня и сама тону в его глазах?

Маг коснулся губами щеки, заскользил по шее, щекоча и вызывая мурашки и трепетное, незнакомое мне предвкушение чего-то большего.

Погладил у основания хвоста, что-то хрипло прошептал. Его глаза стали совсем серебряными, сияли, словно звезды, манили. Я даже порадовалась, что у меня есть хвост, иначе бы мы перешли ту грань, после которой у магов Ларейи принято жениться, если девушка пожелает.

Но душа требовала большего, чем Лир мог дать. Любви.

Размечталась ты, Ари.

После недели знакомства-то! Когда мое сердце откликнулось и перестало быть прежним? Нет ответа.

Лир остановился сам. Убрал руки, заправил прядь моих волос за ухо, поднялся и опрокинул на себя ведро ледяной воды. Я даже вздрогнула от испуга. И молча наблюдала, как он приходит в себя, моется и размышляет о чем-то не очень приятном. Подхватил меня на руки, вынес в предбанник.

– Я помогу тебе высушить хвост, только прикройся, – холодно заметил он.