Сарафаны

"Решено: с завтрашнего дня ем только грейпфруты", – подумала я, застряв в проходе, как Винни-Пух в кроличьей норе.

Над всеми этими сокровищами непрерывно курился фимиам из дешёвых ароматических палочек, нестройно и назойливо звякали колокольчики индийских подвесок. Где-то в глубине, в потайных комнатах, куда меня не пригласили, тихо звучала атональная индийская музыка, вызывая у меня лёгкую головную боль.

Стелла самозабвенно играла в игру под названием "ведическая женщина".

Натиралась маслами, ела какие-то семена, вела заумные и малопонятные разговоры о чакрах и паразитирующих на них тонких сущностях. Я, если честно, терпеть не могу эзотерику, – впрочем, религиями тоже не балуюсь.

Для меня всё одно: фигурка Кришны, икона святого Пантелеймона. Я никогда не фокусирую свой взгляд на таких малоинтересных вещах. Впрочем, я отношусь к чужим увлечениям и закидонам весьма лояльно: верьте хоть в макаронного монстра, только меня не трогайте.

– Ты пока не эзотерёхнутая, вот что! – сказала мне Стелла, наливая красного вина в бокал, – а мне такое нравится!

– Меня всё забавляет, но я ни во что не верю. У меня своё колдовство, – ответила я.

– О, поучи меня своему колдовству! – попросила моя знакомая с горящими глазами. Такие разговоры её всегда волновали.

– Ну, это сложно и долго…Сначала нужно научиться петь гаммы…

Глава 4. Стелла и специи

Мне всегда казалось: дом отражает сущность человека более явно, чем внешность.

Одеждой, думаю, мы пытаемся дорисовать те качества, которых нам не хватает.

Например, я, наряжаясь в строгие черные костюмы, пытаюсь придать себе чёткость и сосредоточенность, организовать свои мысли. Не знаю, насколько это мне помогает, в одном уверена твёрдо:если вдруг когда-нибудь надену оранжевую юбку и распущу волосы – буду сидеть перед зеркалом, любоваться собой и ни за что не поеду на работу.

Зачем такой красавице работать?

Жилище, если вам удается туда проникнуть, всегда подскажет, с кем вы в действительности знакомы. Если я попадаю в излишне чистые, стерильные обители – стараюсь иметь с их владельцем поменьше общего. В детективах, из которых я почерпнула большую часть своих познаний в области психологии, дом без единой пылинки всегда намекает, что его хозяин в конце романа окажется серийным убийцей.