Темная история

 – Азы первой помощи сами собой всплывали в голове, пусть и относились к тому же периоду, что и тот самый курс самообороны. Периоду, о котором Габриэль хотела бы забыть навсегда. – Все лучше воспаления.

– Из тебя бы вышел неплохой полевой медик. Или инквизитор, – его голос был окрашен мрачной иронией.

– О, отличный комплимент, – шутливо откликнулась Габриэль, переходя к следующей ссадине.

Обработка ран заняла порядочно времени, но Филипп стоически терпел, пока она не объявила, что мучения закончены.

– По-хорошему, это надо зашить.

 – Она экспериментально нажала пальцем на край самого большого пореза, заклеенного толстой полосой пластыря, и МакГрегор прерывисто выдохнул, сцепив зубы. – Но я не уверена, что смогу сделать это ровно. Может, все-таки врача?

– И так заживет, – хмуро буркнул Филипп. – …Спасибо.

– Не проблема, – отозвалась Габриэль, выбрасывая очередной кусок испачканной антисептиком ваты в мусорное ведро.

– Пойду переоденусь, – вздохнул он, накинув на плечи разорванную рубашку.

 – Если хочешь, поброди пока по дому. Потом можем пойти куда-нибудь, если захочешь.

…Что ж. Предложение казалось достаточно безобидным.

– С удовольствием. – Она бы все равно сунула нос во все углы – как можно было удержаться?… – но теперь, с официальным разрешением, сделать это было намного проще.

Внутри дом оказался просторней, чем можно было предположить по внешнему виду: широкие окна, почти пустые, не загроможденные излишней мебелью комнаты. Практически весь нижний этаж занимали кухня и каминный зал во все тех же красно-серебряных тонах.

Стены зала были увешаны оружием – ножи, мечи, пистолеты, винтовки. Не все из выставленного арсенала показалось ей старинным, и Габриэль нахмурилась, невольно гадая, есть ли у хозяина этой оружейной разрешение на подобную коллекцию.

Личность Филиппа, и без того несколько противоречивая, внезапно заиграла новыми красками, и девушка не была уверена, что ей нравится новое открытие: почти все оружие выглядело… рабочим. Счастливая обладательница сувенирной катаны и кривой танцевальной сабли, Габриэль точно знала, как должны выглядеть бутафорские мечи.

Эти – были настоящими.

Наверху царили серебро и черный; весь этаж занимали три спальни, две из которых, вероятно, были гостевыми. Третья, спальня хозяина, была в данный момент занята самим Филиппом – он напевал что-то себе под нос, не закрыв до конца дверь, и Габриэль поспешно ретировалась вниз, не желая вторгаться в его личное пространство.