Мой упрямый принц

Моя восемнадцатилетняя сестра блистала, красивая, юная, и я не удержалась от улыбки, глядя, с каким выражением смотрит на неё Розали Фоссе, стоящая в окружении офицеров и таких же, как она, разряженных подруг. Слишком броские и откровенные наряды, на мой вкус, но, возможно, его высочество предпочитает скорее раздетых, чем одетых претенденток на трон?

Возле противоположного входа в зал началось резкое оживление. А минуту спустя гости расступились, и вперёд выступила пожилая женщина в просторных одеяниях цвета пыльной розы.

На ней не было короны, лишь крошечная золотая тиара. Но по четырем следующим за ней фрейлинам в нарядах такого же цвета, испуганным и бледным, нетрудно было понять, кто эта женщина.

Я склонилась в поклоне вслед за гостями-мужчинами: у высшей аристократии было право не приседать даже перед королём. Но Розали, я заметила, сделала глубокий реверанс, подчёркнуто склонив голову, – и удостоилась за это благосклонного монаршего взгляда.

– Его высочество задерживается, – объявила королева-мать, занимая левый трон.

 – А у нас, кажется, новые гостьи? Подойдите, мои дорогие.

Её улыбка и приветливый, хотя и покровительственный тон выглядели и звучали совершенно искренне. Сюзи мигом просияла, а я впервые задумалась: может быть, мои страхи и впрямь глупы и беспочвенны? И мы всего лишь пробудем здесь несколько недель, поприветствуем помолвку принца с Розали Фоссе и поедем домой?

Ну да, конечно. Ведь никому не нужно процветающее княжество с роскошным и нетронутым лесом, принадлежащее неопытной девчонке.

Совсем-совсем никому.

Я напряглась, усилием воли гася подобные мысли. Если принц Сизмунд услышит мои слова, если поймёт, что я думаю о нём и о его матери на самом деле…

«Сизмунд – пустышка. Даже если ты каким-то чудом окажешься в его присутствии, он ничего не узнает, если сама не расскажешь».

«Откуда ты знаешь?»

«Слухами земля полнится».

Лер, Лер… Откуда же ты знал так много?

Смутная догадка глухо застучала в висках, но тут же пропала. Дядя не любил, когда я рассуждала о невероятных вещах.

Слишком часто они оказывались неправдой.

– Какая прекрасная тиара, – произнесла королева-мать, цепко оглядывая чёрные бриллианты на чернёном серебре. – Как прошло ваше путешествие, княжна? Вы очень спешили сюда, не так ли?

– Очень, – честно произнесла я. – Особенно маменька. Она так желала выразить своё почтение вам и его высочеству!

Одна из бледных спутниц королевы-матери наклонилась к ней и прошептала что-то.