Глиняная лошадка

Тем более те мальчишки, что придумали эту затею много лет назад, давно уже выросли и уехали на заработки в город, а новое поколение относилось, конечно, с почтением к старому обычаю, но можно было и что-то другое придумать.

Пока суть да дело, никто нового ничего придумать не успел, решили отправить Ярика на разведку. Почему решили сделать это ночью, никто толком объяснить не мог. Но, так или иначе, одной особенно темной ночью Ярослав вооружился фонариком, взял с собой сотовый телефон и отправился по мосту в старый дом.

Не успел он отъехать и на двадцать метров, как со стоны дома донесся протяжный и леденящий душу вой. Даже не вой, а стон, словно какой-то дикий зверь попался в капкан и теперь не может выбраться. Крик раздался совсем рядом с мостом и был непохожим на все то, что раньше доводилось слышать местным ребятам.

Стоит ли говорить о том, что Ярик, как и все остальные местные, привыкшие к тому, что в их поселке круглый год стоит тишь да гладь, а из звуков доносится только мычание коров, да крики петухов, со всей силы рванул велосипед в обратную сторону и остановился только тогда, когда доехал до собственной калитки у дома.

Вместе с ним сорвались с места и наблюдатели. На следующий день вся молодежь только об этом и говорила – что в доме появился зверь, который не даст пройти никому дальше моста.

Несмотря на случившееся, никто не предложил отменить ежегодную поездку новичков по страшному мосту. Даже наоборот, дополнительное условие решили сделать: кто найдет обладателя этого страшного звериного рыка и сможет его сфотографировать, станет героем следующего года.

Тишке очень не хотелось встречаться ни с самим домом, ни тем более, со страшным зверем, издающим такие леденящие крики, но деваться было некуда – Маринка уже объявила о том, что в этом году собирается наравне со всеми мальчишками ехать по мосту в сторону дома.

Это решение восприняли легко и без споров – девочка уже давно доказала свое бесстрашие и ловкость.

И хоть это и был первый случай, когда девчонка станет доказывать свою смелость, ехать ей разрешили, оговорив только, что если она вернется обратно, не доехав до дома, никто над ней смеяться не будет и выставлять трусихой – не станет.

«Ага, как же, вернется она! – подумал Тишка, отбрасывая очередную луковицу в сторону, – да она скорее сама зарычит, если не найдет там никакого страшного зверя. И сама себя сфотографирует на фоне дома».