Мам, не включай телик в эту пятницу!

– Да, все отлично, нам сказали, что придется просидеть здесь всего одну ночь, и нас сразу выпустят! – Папа в восторге.

– Ты что, в тюрьме?

Пицца застревает у меня где-то между ртом и желудком.

– Все великие люди сидели в тюрьме, Элен! Не переживай, все будет хорошо! И не смей вносить залог. Хочу почувствовать, каково это!

Трубка звякает, и пицца во мне, наконец, проваливается дальше.

В юности папа много путешествовал и написал книгу, которая разошлась неплохим тиражом. До сих пор эту книгу покупают в книжных магазинах.

Но, к сожалению, писательский талант его был утрачен практически в тот же год. И все последующие сочинения не находили отклика у издательств и читателей.

Так в итоге критики отнесли папу к плеяде «авторов одной книги», а сам он стал отчаянно искать новые впечатления для восстановления былой славы.

Теперь его можно встретить в мотоциклетной колонне, на акции в поддержку прав гомосексуалистов, вместе с бедняками под мостом и в других, не менее колоритных местах.

– Что это у нас в коридоре лежит? – Поздно вечером Мария открывает дверь своим ключом и входит в прихожую.

– Это остатки выдры, не волнуйся.

Коробка из-под пиццы немедленно отправляется под диван.

– А это – цветы для меня! – Мария торжественно вносит в зал огромный букет оранжевых ирисов.

– У нас еще не завяли лилии, ты сказала об этом дарителю?

– Нет, опять пришел курьер и вручил мне букет! Вот, смотри, тут на бумажке написано: «Вы так же нежны, как эти цветы!»

– Нежны? – Я с сомнением оглядываю огромную фигуру Марии.

 – А ты не думаешь, что курьер ошибается адресом доставки?

– Ха! – рычит Мария и уносит цветы на кухню в поисках достойной вазы.

– Как скажешь, дорогая. А я устроилась на работу! – Мне так и не терпится рассказать все о сегодняшнем дне.

– Да ну? И что это за работа? Обниматель панд в зоосаду? Там тебе выдали костюм выдры?

– Ничего подобного! Серьезная работа на телевидении!

Я немного смущена, ведь я и сама еще толком не знаю, в чем смысл моей работы.

После деловой встречи Марк взял у меня номер телефона и сказал, что перезвонит. Потом отвел к фотографу, который сделал просто ужасную фотографию на пропуск, где мое лицо пылает красным, а волосы потные и прилипли к голове. Вот и все.

– И что ты там будешь делать? – Мария ловко цепляет ногтем край коробки с пиццей из-под дивана и выдергивает ее на свет.

– Это пока секрет, – важно отвечаю я. – Но это очень серьезный проект.