Защитница. Крах баланса

Дармон заметил это и засмеялся. От его смеха задрожали стены подземелья.

– Я наполовину вампир! Внешность у меня людская, слегка изменённая, но это неважно, а вот сущность… настоящего вампира! Я выпил из твоей дочери всю жизнь и вместе с ней силу. Она ещё жива, но в скором времени я исправлю эту ошибку.

– Я заберу свою дочь! – Голос Всеволода вновь стал твёрдым и решительным.

– Я не против!

Раздался хлопок в ладоши, и решётка открылась. Король вошёл в темницу, взял на руки дочь и вышел, удивляясь тому, что Дармон не закрыл его.

Всеволод беспрепятственно покинул подземелье и разбудил своих сыновей. Они, увидев, в каком состоянии находится их сестра, не задавая вопросов, собрались в путь.

Очутившись снова в тронном зале, они в изумлении остановились – всё изменилось до неузнаваемости, только трон оставался прежним. Тронный зал был погружён в темноту, с потолка свисали каменные сосульки, на стенах висели чучела животных. Их вид привёл в ужас Всеволода и его сыновей. В Зельгерене нельзя было убивать животных, с ними можно было разговаривать, помогать им, но не делать из них чучела.

Возле выхода стояли егени: полулюди, полускелеты. Они были тощими, голова неровной формы с остроконечным затылком больше напоминала каплю воды, вместо глаз зияли дыры, в которых горели красные огоньки, через их тонкую чёрную кожу проглядывали кости. Егени держали мечи.

– Вам нравится мой тронный зал? Он предстал перед вами в полной своей красе!

На рубиновом троне сидел Дармон. Никто не заметил, как он появился.

Пётр заслонил своих спутников и вытащил меч, давая Дармону понять, что без боя он не сдастся. Дармон подал знак, и скелеты открыли дверь. Всеволод с сыновьями переглянулись.

– Я освобожу твоих сыновей и твою дочь, мою жену, но ты останешься.

– Я согласен.

– Нет, отец, я останусь вместо тебя, ты должен идти. – Пётр был полон решимости.

– Семейная ссора, как приятно! Только не время и не место. Решай, Всеволод! – Голос Дармона нарастал. Последнюю фразу он почти выкрикнул.

Всеволод отодвинул Петра, шепнув ему: «Я приду! Ждите в конюшне» и выступил вперёд, показывая, что он согласен на условия своего врага. Дармон удовлетворённо улыбнулся. От его улыбки Всеволоду стало жутко и холодно. Дармон кивнул. Егени подошли к Петру и Георгию, который на руках нёс Анну, и подтолкнули их в спину мечами. Подчиняясь, братья пошли к двери. Когда дверь за ними захлопнулась, в зале стало тихо, Всеволод слышал только своё дыхание.