Защитница. Крах баланса

– Кто тебе померещился? – Борис перефразировал свой вопрос, теперь Лине придется ответить или соврать, но ведь Борис чувствует ложь.

– Ворон, чёрный ворон, который мне подмигнул, – нехотя проговорила Лина.

– А-а, – разочарованно протянул Боря, – может, у него нервный тик?

Борис попытался развеселить свою сестру, ведь сейчас им предстоит столько всего интересного и неизвестного. Пикник в лесу со всей школой – это не ахти какое, но всё же развлечение.

– У кого нервный тик? Неужели, Лина, у тебя?

Брат с сестрой вздрогнули, они не ожидали, что их может кто-то слышать.

Перед ними стоял Никита, партнёр Лины по танцам.

– Ты нас напугал! – возмущённо сказала Лина.

Борис улыбнулся Никите. Он обожал его. Никита всегда слушал его истории, иногда играл с ним, был ему словно старшим братом.

Никита улыбнулся Борису в ответ и повернулся к Лине:

– Извини, я не хотел! Думал, что вы меня видите.

– Ты видел Лёню?

Никита поморщился, ему тоже не нравился Лёня, но он предпочитал молчать.

– С каких пор ты бегаешь за парнями? Раньше…

Он не договорил, Лина схватила его за руку и показала в небо:

– Это он!

– Кто?

– Ворон!

Никита хотел пошутить, но увидел испуганное лицо Лины и промолчал – мало ли что бывает, может, она воронов боится. Хотя они знакомы десять лет, и он знает о ней всё: она редко испытывает страх, перед воронами уж точно нет.

– Ник, он нас преследует!

– Борис, там твои одноклассники, иди к ним. Учительница тебя ищет.

Дождавшись, когда Борис отойдёт подальше, Никита сказал:

– Лин, ты, как и Борис, решила уйти в мир фантазий?

– Я серьёзно, Ник! – Лина отдёрнула руку и сердито посмотрела на него.

– И я серьёзно, ты только послушай себя: ворон следит за вами! Мало ли воронов бывает, может это двадцатый ворон, которого ты увидела за день.

– Может, ты и прав.

– Конечно, прав! Успокойся и больше не думай об этой птице.

Никита обнял Лину, она прижалась к нему. Ей было страшно, а почему – она не знала.

Страх сковывал её душу и сердце, он не позволял ясно мыслить, заставлял прятаться и дрожать. Лина пыталась убедить себя в том, что Никита прав, но не получалось. Она точно знала, что это был один и тот же ворон. Она не спутала бы его ни с каким другим, он слишком отличался от обычных воронов. Лина очень хорошо разглядела птицу из окна своей комнаты. Ворон был угольно-чёрный, крылья его блестели, хотя солнце не светило.