Не покидай меня

Только фигурка и разрез глаз тебе точно достались от нее. Кто твой отец, я не знаю, но по твоему личику люди сразу признают в тебе полукровку, и это дополнительно усложнит тебе жизнь. Я научила тебя всему, что знаю сама, и очень хочу верить, что это хоть чуть-чуть поможет тебе.

Еще через некоторое время я наблюдала, как из леса в сторону ближайшего небольшого городка двигается по дороге совсем молоденькая девушка, подросток, в длинном сером платье и старом темном плаще, глубокий капюшон которого довольно низко накинут на ее голову, прикрывая густые русые волосы, красивые глаза серого цвета и миленькое личико.

Видела, как за небольшую сумму она приобрела старенький домик на окраине городка и как в течение года потихоньку торговала травами на местном рынке.

С полгода все было тихо, никто не обращал на нее пристального внимания, но затем люди стали ее замечать, сторониться, становилось все меньше покупателей, вслед начали тыкать пальцами и шептаться. Не имея достаточного опыта проживания среди людей, она не сразу обратила на это внимание, а потом стало поздно.

Однажды утром прямо на улице ее схватила стража и потащила в городскую управу. Ни о чем не расспрашивая, ее обвинили в смерти ребенка, потребовали признания в торговле вредными отварами и, по-прежнему не слушая оправданий, приговорили к порке плетьми и сожжению на костре за убийство неповинного ребенка своими целебными травами.

С болью в душе я наблюдала, как выгибается от боли маленькая хрупкая девочка, и не могла понять, кому она помешала? Как только малышку привязали к столбу, она выкрикнула:

– Не будет больше удачи в вашем городе, и жизни не будет!

Затем голова ее упала на грудь, и больше она не шевелилась, а меня стремительно затянуло в темноту, и я в очередной раз проснулась от жуткой боли: чьи-то грубые руки рывком поворачивали мое тело на кровати.

Я чувствовала большое количество ран по всем телу. Чувствовала, как на них начинают накладывать мазь, которая усмиряет боль.

Проводивший эту процедуру оставляет меня лежать на животе, ничем не прикрывая сверху. Я взрослый человек и понимаю, что ранам нужно начать заживать, а мази – впитаться, но как же неудобно чувствовать себя в таком положении. Человек, обрабатывающий мне раны, все время молчал, а я все думала, когда и где я получила такие повреждения? Почему я настолько слаба, что даже не могу открыть глаза?

Внезапно лавиной накатывают воспоминания.