Рожденная жить

Зайдя в ее комнату с нарочито мрачным лицом, застал близнецов держащими стилеты и внимательно следящими за входной дверью, а Нел – сидящей в изножье кровати и обнимающей куклу. При виде меня няня Ната поднялась из кресла и вышла, а я улыбнулся и сказал:

– Уехали!

Услышав это, сразу четверо верещавших детей повисли на мне, и я с трудом удержался на ногах. После того как они успокоились и перестали прыгать на кровати, я предложил им умыться, переодеться и спуститься к совместному завтраку. Пока дети приводили себя в порядок, я попросил управляющего собрать в холле всех обитателей замка.

Я поблагодарил всех за помощь и поддержку, а также объявил, что в благодарность все получат премиальные и небольшие подарки.

Айвенлин

Как я пела! О-о-о! Как я пела!

Глядя на слушателей, восхищенно наблюдающих за мной, я понимала их восторг. С моим голосом и абсолютным слухом выдать такие немелодичные визги, да еще и не попадающие в тему мелодии, – это надо было очень постараться.

А в каком я была восторге, когда этот самоуверенный граф так идеально мне подыграл. Какой великолепный повод он дал мне для завершения этого концерта.

Меня приятно поразили все окружающие, они так своевременно и правдоподобно включились в игру, можно было представить, что эту сцену мы репетировали заранее. Лежа на полу, я еще подумала, как хорошо, что мастер Жак научил нас падать. Ведь, падая плашмя, я умудрилась не удариться головой, но в общей суматохе этого никто не заметил.

Мы молодцы! Никто не растерялся, и все воспользовались случаем произвести впечатление на гостей. Нел так правдоподобно плакала! Зрители всхлипывали и убивались! Дан, по-моему, до зубной дроби напугал графа, а Дасти так трогательно заботился о Золотке. А как сильно разгневался папенька, что аж сообразил запереть наших гостей в их комнатах. Браво нам всем!

Следующие три дня я «болела», не выходя из своей комнаты, и, естественно, ребята были вместе со мной. Но как оказалось, дальше гости справились сами.

Последней каплей стало упоминание нашим лакеем о дуэли, и вельможи поспешили убраться вон.

Целых два дня после этого мы отдыхали, прислушиваясь, как слуги обсуждали наши «подвиги» и приходили в ужас от осознания того, что было бы, если бы мы были такими избалованными на самом деле. Затем они с облегчением вздыхали и говорили, что мы очень хорошие дети, даже если иногда и шалим.

Мы вернулись в свои комнаты в западном крыле.