Пёс из породы хранителей и мамонт в цветочках. Книга третья

И покатилось! Чего только отец не наслушался. И что он убийца-мясоед, и что ребенка развращает, то есть меня. Потом, вроде, подуспокоилась. Сама себе жевала свои листья, на нас не налетала, а теперь вот эта зараза к ней пристала. Тётка вонючая и мерзкая! Никакого житься нет! Вчера отец и вовсе сказал, что… Что на развод подаст!

Лёха насупился. Не, бывает, что у кого-то родители разводятся и это проходит спокойно, и живут потом, и с детьми общаются как ни в чём не бывало. Бывает, но не всегда…

Матильда с Мариной мрачно переглянулись.

Ни одна весталка на трибуне древнеримского Колизея не поворачивала кулак с большим пальцем вниз так многозначительно.

Они убрались подальше от открытой двери комнаты Лехи, и, устроившись на кухне у Марины, не сговариваясь, потянули рулончик миллиметровой бумаги.

– Докупить надо бы… – вздохнула Марина. – На эту заразу много уйдёт!

– Да уж. Это же надо! Имея нормальную семью, хорошего мужа, сына замечательного, лезть в такое всякое… – Матильда покосилась на Мышку, усевшуюся на соседний стул.

 – Что ты, милая? Тебе это тоже не нравится?

– Да какой приличной кошке понравится соседка, которая так себя ведет и водит к себе пакость, хуже крысы? – Мышка талантливо сделала вид, что её тошнит.

– Нда… Живописный ответ. Выразительный! – Матильда любила однозначные мнения.

– А главное, такой понятный! – Марина улыбнулась. – Сдаётся мне, наша Мышь выражает всеобщее впечатление о той замечательной даме.

– Да, ладно наше впечатление, беды наделает эта Манджушарачана.

Ульяна – женщина взрослая, мы за неё не в ответе. Муж у неё тоже не маленький, а вот Андрюшку жалко до слез. Пора вмешаться, как ты думаешь? – Матильда нахмурилась.

– Пора! – кивнула Марина Сергеевна. – Только как ты имя этой мымры запомнила?

– Это профессиональное… – Матильда улыбнулась своей фирменной адвокатской улыбкой, и Марина поёжилась, настолько ясно в тоне подруги прозвучал звук клацанья стального капкана. – Не люблю таких… Бед от них море, толку никакого! А она ещё посмела к Алене подойти! Я и за меньшее голову могу откусить!

– Я тоже! – кивнул Урс.

– И я! – эхом откликнулся Бэк.

– Я голову пока не могу… – с сожалением признала Тенька, и расстроено вздохнула. – Я маленькая пока. Ну, ничего, и я пригожусь! Хоть одежду ей погрызу!

Леха пытался как-то развеселить друга, но тот пребывал в тоске, пока не услышал:

– Слушай, а давай к бабуле моей сходим? Матильда уже с психом твоим справилась.