Ещё тридцать восемь кошек до сорока

– Мам, ну и что? Ты посмотри на себя! Ты у меня ещё красивее стала, да даже заплаканная, с опухшими глазами и с красным носом!

Выяснилось, что ничего лучше Дашка и придумать бы не могла, потому что мама схватилась за лицо, ахнула, кинулась в ванную, загрохотала там чем-то, забубнила о том, что у Дашки нет нормальной косметики, включила воду и долго-долго полоскалась, смывая следы расстройства, короче, начала оживать.

– Лицо! Во что превратилось моё лицо! А всё эти мужчины! Ничего более разрушительного для женской красоты природа ещё не создавала! – ворчала она, усевшись на кухне и умостив на лицо полотенце, щедро намоченное ледяной водой.

 – Ну, ничего-ничего… Я ему ещё устрою! Он у меня ещё попляшет! Он ещё пожалеет о том, что сделал!

Котята сидели рядом с хозяйкой и озадачено переглядывались. Они никак не могли понять смысла поступков этой странной лю?ди. Вот хозяйка – людь нормальная, а эта… Вот зачем она мокрую подстилку себе на морду умостила?

Домой Дашкина мама поехала уже поздно вечером, практически спокойная, полная изощренных планов мести и решимости немедленно стать ещё прекраснее, чтобы муж проникся горьким сожалением о своих поступках!

Правда, по дороге выяснилось, что у неё был отключен смартфон, а когда она его включила, на неё свалился град сообщений от младших дочек с претензиями.

«Мам, я хотела завести вам вашего внука, а ни ты, ни папа трубки не берёте! Вы чего, с Дашкой сговорились что ли?» писала Татьяна.

«Вы что? Издеваетесь? Почему я не могу с мужем время провести и отдохнуть как человек? Что, трудно внучку взять, да?» – возмущалась в сообщениях Анна.

В понедельник Дашка сидела на работе и мрачно просматривала документы – не самое интересное занятие, но что же делать, если это входит в непосредственные обязанности заместителя главного бухгалтера? Нет, вообще-то этим должны заниматься рядовые бухгалтеры, только вот у них так интересно сложилось, что в бухгалтерии числились две любимые племянницы директора.

Соответственно, потребовать у них что-то было делом сложным, если не рискованным для требователя, вот и приходилось Дашке выполнять часть их обязанностей.

– Дашка, терпи! – говорила она себе, когда одна из дирплемиц, как она прозвала про себя директорских родственниц, приходила часов в одиннадцать, а вторая и вовсе после обеда и то не каждый день – так, кофею выпить, с коллегами–мужчинами поболтать.