Ещё тридцать восемь кошек до сорока

 – Ни внешности, ни интеллекта, зато родители состоятельные! Твоего папашу просто купили! Купили для девицы, которая ему в дочки годится!

Дашка успела и переодеться, и ужин приготовить, а оскорблённая мама всё рассказывала ей о коварстве мужиков вообще, о её отце в частности, о том, что с ними вообще общаться нельзя! А в довершение всего прозвучала фраза, которую Дашка, попавшая с офисного корабля на семейный бал, даже не сразу уловила:

–Так что, пока он свои шмотки не заберёт, я у тебя поживу – не хочу с ним пересекаться! И да, я тут видела твоих кошаков – ну, полный отстой.

Неужели у тебя такой отвратительный вкус?! Я уверена, что их надо пристроить и уже даже спросила на работе – одна коллега может одного кота взять в деревню. Только надо додержать до конца рабочей недели. В пятницу вечером ты его принесёшь мне к работе и его заберут, а второго… ну, в приют сдадим.

Мама по-хозяйски осмотрела диван, наморщилась и продолжила, – И диван сюда не подходит! У тебя какое-то не очень удачное видение гармонии…

Дашка устала, нанервничалась, первый раз в жизни испытала, каково это – победить… Потом перепугалась из-за появления Виктора, а повергнув его в бегство, снова ощутила ликование.

Слишком много эмоций для одного дня…

Именно поэтому мамины слова дошли до неё как-то не сразу.

– Что? Прости, что ты сейчас сказала? – хмуро переспросила Даша.

– Диван, говорю безвкусный, – мама похлопала рукой по обиженно загудевшему дивану.

– До этого! Ты что-то говорила про котят.

– А! Ну, да! Говорила, что их надо пристроить в добрые руки! Даша, не сверкай на меня глазами, тебе так очень некрасиво! Я же не предлагаю их выбросить…

– Мам, котята – мои.

Понимаешь? Это моя личная и неприкосновенная собственность. Никто никого никуда не будет забирать или сдавать в приют. Понимаешь?

– Даша, какая же ты у меня ещё глупенькая и маленькая девочка… – снисходительно вздохнула мама. – Они тебе абсолютно не нужны!

– Мне двадцать семь лет! Я взрослая и достаточно умная молодая женщина! – убеждённость, прозвучавшая в голосе старшей дочери, Анастасию изумила.

– Тыыыы? – саркастически хмыкнула она.

– Да, я! – если бы кто-то сегодня сказал Дашке, что она будет благодарить этого самого Виктора за его козни, она бы точно не поверила! Зато сейчас в ней кипело изумительное чувство уверенности в себе, словно она, как тот самый Трусливый Лев из старой советской сказки, выпила напиток смелости.

– Дорогая… ты не знаешь жизнь… – начала Анастасия.