Красивая дочь, ружьё, лопата, алиби

– А вы чего это тут делаете?

– Как что? Проверяем качество дрессировки Шарика, – объяснил отец.

– Верунь, а это кто? – мама кивнула в сторону окна.

– Ааа, это? Никто! – Вера сердито скинула вызов настырного ухажёра, неизвестно как заполучившего её номер, да ещё и прознавшего про дачу!

– Никто, идите никуда! – провозгласил Потапов, увидевший заключительную часть котопробега.

Шарик спрыгнул с дерева и с угрожающим рыком, абсолютно не вязавшимся с обликом кота, кинулся на незваного гостя.

– Аааа! Ты чё? – это гость спросить успел, нет, он даже отпрыгнуть успел, брыкаясь, как дикий осёл, а дальше, сообразив, что кот не очень торопится, но настроен весьма серьёзно, рванул в сторону станции.

– Псссссиииих, брыыыыысь! – вопли затихали вдали, полковник одобрительно кивал головой им в такт, его жена отправилась достать Шарику что-нибудь в поощрение и благодарность, а Вера вписала номер, с которого только что был неотвеченный вызов как «Недогрызок Шарика» и внесла его в чёрный список.

Трудно быть красивой… Нет, честно. Если ты не охотница, если абсолютно не собираешься идти к цели по головам, а хочешь спокойно учиться, нормально устроиться на работу и по любви, заметьте, обоюдной, выйти замуж и завести семью, вся клубящаяся вокруг суета с ухаживаниями мешает.

Нет, оно приятно, когда ты ощущаешь: да, тобой восхищаются. Но не постоянно же!

Вера старалась не выделяться: не использовала дополнительные средства типа боевой раскраски или походки от бедра, поясов, притворяющихся юбками, декольте, стремящихся к поясу, но, как назло, даже в сером мешковатом свитере и джинсах, с волосами, стянутыми в неприхотливый хвостик, внимание привлекала.

Пришлось научиться общаться с ухажёрами, удерживая их на вменяемом расстоянии, элегантно превращать влюблённость в приятельско-дружеские отношения, а с теми, кто этого не желал – использовать жёсткий игнор, или, если случай был совсем-совсем запущенный – прибегать к помощи отца.