По ту сторону сказки. И далеко, и близко

Ну, или хоть не послала бы…

Кир устал стучать себе по лбу и, прислонившись к березе, флегматично думал о том, что его приятелю мозги сегодня не выдали! Видать, забыли отвесить…

Катерина уже не знала, плакать ей или смеяться от этого барана! Глянула на покаянный вид Степана, и решила, что плакать из-за него – это слишком жирно будет!

– Несчастный! Мне тебе что, ещё и объяснять надо, как извиняются? – вздохнула Катерина.

– Можно… Наверное, – Степан несмело глянул на Катьку и понял, что она не то чтобы совсем простила, но уж точно не так сердится.

 – Ну, что ты развлекаешься? Да, я уже понял, что вёл себя как дурак!

– Эх ты! Знаешь, как мне страшно было решиться уехать от вас? Я когда от Наины сбежала, всё представить себе не могла, как я справлюсь. Но всё равно, задеть кого-то из вас было страшнее несоизмеримо! А ты!

– Прости. Я как сам представил, ну, если бы это со мной было… – Степан покаянно опустил голову.

– Ладно. Только не делай так больше. Очень больно получилось, – Катерина вздохнула и усмехнулась, присмотревшись к чему-то за спиной Степана.

 – И зови уже Кира, а то он там с березой обнимается почем зря.

– Заканчивай флиртовать с невинным деревом и тащись уже сюда! – радостно заорал Степан побратиму, а у Катерины потеплело на сердце. Она расстелила скатерть, села с одного её края, а мальчишки – напротив. Кир перебросил ей деревянный шарик – избу и передал книгу сказок, положив на землю между ними.

– Баюн предложил хорошую идею. Раз уж так вышло, может, ты тут землю почистишь? Наине и в голову не придёт, что ты уже на Западном острове, и пока она сюда приплывёт, ты в полной безопасности.

Что ты боишься с нами контактировать, мы понимаем. А в тумане нас меньше и мы постараемся быть внимательнее. И да, ты не сердись, но мы от тебя далеко не уйдём. Ты ночуй в избе, а мы поблизости будем. Вот за скатертью расположились же, и ничего. Если перемещаться надо, иди шагах в десяти впереди, – Кир говорил продуманно, обстоятельно. Только в конце не выдержал, покосился на Степана. Тот уважительно кивал и поддакивал. А сам, паразит, рожи корчил, в надежде, что приятель не заметит.

– Ай! Ну, чего ты сразу с тумаками! Как тут удержаться-то? Ты ж прямо как профессор речь толкал! Небось, готовил её? – смеясь, отбивался Степан от налетевшего на него Кира.

– А как же! Пока Катьку искали, я про себя репетировал! – парировал Кир. – Я не то, что некоторые, которые могут только мямлить – мя-мя-мя… – он расхохотался, передразнив побратима.