По ту сторону сказки. И далеко, и близко

 – Так, сейчас опускаемся вооон туда, – она указала лапкой направление, – И спокойно, СПОКОЙНО, я сказала, обсуждаем ситуацию. Суховей, это тебя тоже касается!

Катерина, не смотря на серьёзность момента, рассмеялась. – Как же я их всех люблю! Жарусенька, солнышко ты моё ясное!

– Так, понятно! Это такая старая история с подобным заклинанием и цветком этим проклятущим… – Баюн вздохнул. – Это даже у немцев в сказках было, у них это растение, кстати, чаще встречается. Только обычно каменеет тот, кто рассказывает тайну.

А Катя сказочница, на неё это подействовать не могло, вот и получился такой эффект. Эх, добраться бы мне сейчас до этой ведьмы! Ну да ладно, мы её ещё найдём! И очень мне интересно, кого она как купца привезёт?

– В смысле купца? – не понял Кир.

– Кому Катерину продавать собирается! – вздохнул Баюн.

– Совсем сдурела! – Птица встряхнула крыльями. – Ну-ну, пусть попробует.

– Это всё ладно… Катя-то где? – Волк тоскливо оглянулся на горы. – И почему в зеркальце её не видно?

– Потому, что она попросила зеркальца ей помочь, – вслух прочёл Баюн разъяснения Дубка.

 – Стой! У меня же ещё блюдце есть… – он было обрадовался, но тут же пригорюнился. – Наверняка и оно не сработает, если уж зеркала послушались.

– Неужели она не понимает, что лучше бы мы её охраняли? – взвыл Бурый.

– Она как раз всё понимает, – вздохнула Жаруся. – И поэтому исчезла. Ты вспомни, каково девочке было, когда та же Наина её на руки золотое касание плеснула. Методы эта ведьма старая не меняет!

Она покосилась на Степана, и глаза отвела.

Тот стоял с таким видом, словно выть собирался.

– Это что же… Она четыре недели где-то будет, не пойми где? – наконец выговорил он.

– Ну, получается, что да, – Баюн тоскливо вздохнул. – Найти-то мы её не можем.

– Кот! Ну, неужели же никакого способа нет, хоть узнать, жива она или нет? – до Степана доходило плохо. – Зачем она так c нами?

– Ты разве не понял? Если ты коснёшься её, или она дотронется до тебя до новой луны, ты умрёшь. Случайно, на миг, пусть она просто споткнётся и упадёт, а ты руку протянешь её поддержать, – сухо сказал Баюн.

 – И это касается каждого из нас. Любого. Она поэтому и Суховея позвала. Он ей был просто благодарен. А, к примеру, Воронко уже в опасности. Про Сивку и говорить нечего. Ты можешь представить себе, чтобы Катерина так рисковала теми, кто ей дорог? А жива она или нет, мы знаем.

– Как? Как ты можешь это знать, если зеркальце её не видит, и блюдце тоже? – заорал Степан.