По ту сторону сказки. Такие разные братья

 – Надо, чтобы Катя открыла мне ворота и я разберусь.

– Да, пожалуй, так будет правильнее всего. Ты, главное, сам-то не попадись!

Они переговорили в тереме, а потом отправились на поиски Катерины.

– Катюшенька, радость моя!!! – Баюн расплылся в улыбке, найдя Катерину в гамаке с книжкой. – А ты сейчас сильно занята?

– Нет, ты что-то хотел? – Катерина читала Властелина колец, и как раз пробиралась с хоббитами по краю Вековечного леса, но ради Баюна она решительно закрыла книжку.

– Да вот надо Волчку в Лукоморье наведаться, – Баюн махнул лапой на старательно улыбающегося Волка.

– Так, что произошло? – Катерина встала с гамака и строго осмотрела обоих.

– Ничего. Абсолютно! – Баюн даже вроде как оскорбился. Как мол, так, нас подозревать…

– Я же слышу, – печально напомнила ему Катерина. – Неправду слышу.

Улыбки у обоих тут же погасли. Как-то они позабыли о такой Катерининой способности.

– Мне надо в Лукоморье, – хмуро сказал Волк. – И это чистая правда.

– Да, это правда, не спорю.

Катя обиженно посмотрела на обоих, и вихрем пронёсшись по участку, влетела в свою комнату и закрыла дверь.

– Зеркало, зеркало… Где зеркало? Точно что-то в Лукоморье случилось!!! Он увидел. Так, с кем? Жаруся?

Зеркало вполне ясно отразило Жар-Птицу, сидящую на ветке, и прихорашивающуюся.

– Нет, с ней всё хорошо. Воронко?

Воронко скакал рядом с абсолютно белой кобылицей и явно старался понравиться даме сердца.

– Тут вообще всё отлично. Кто ещё? Ратко? Ой, мамочки!!! – Катерина смотрела на Ягу, которая приказывает метле и та, подхватывает Ратко из ступы и несёт в очень знакомую пещеру. Он без сознания, одежда порвана в клочья, странные синяки и кровавые следы на коже.

– Это ещё что? Его как собаки рвали. Ой, рвали, но не собаки… – Катя увидела двух мелких ободранных лебедей, один из которых догнал метлу и с силой прихватил рукав рубахи и рванул.

Она услышала, как внизу осторожно скрипнула ступенька. И пока Кот крался наверх, стремительно убрала в сумку зеркальце, собрала сумку, скрыла её с помощью пёрышка и уселась в кресло-качалку.

– Катюша, радость моя. Ты сердишься? – Баюн сменил тактику.

– Кот, давай без вот этого. Я уже поняла, что что-то случилось и уже даже знаю, что именно.