Воспитание Игорёшика

– Ага… Так, может, ты того… В клеточку?

– Нет! – энергично возразил какаду и поднял хохол, мол, что теперь делать будешь.

– Слушай, а ты что-то ещё говорить умеешь?

– Да! – прищурился какаду.

Игорёк вытер папкой вспотевший лоб. – Клёво! И как мне тебя в клетку запихать? Если ты такой умный, но туда не хочешь? Силой?

Гаврюша с презрением осмотрел няньку и демонстративно откусил клювом длинную щепку от палки на которой сидел. С полпальца толщиной. Покрутил её в клюве и швырнул на пол, мол, ну, попробуй, раз такой смелый…

– Нее, я того… Я вовсе и не хочу спать… – Игорь, сделал вид, что бодр и свеж, уселся на кухне и продолжил читать про Гаврилу.

«Запомните! Какаду – настоящий летающий шредер. Перемалывает клювом всё, до чего только дотянется. Дотягивается везде! Все провода, вся техника, ваш смартфон, ваша одежда – всё это новое и ему страшно интересно это разобрать. Может отпороть карманы на джинсах, выдрать все заклёпки, разобрать на атомы любой заинтересовавший его предмет».

– Кирдык ты, а не Гаврила! – скучно сообщил ему Игорь.

Гаврила покрутил клювом, подумал и сказал:

– Карррык!

– На первый раз ничего, сойдёт! – согласился Игорь. – Так ты про клетку-то как?

– Нет!

– Прекрасно! – саркастически хмыкнул Игорь, про себя помянув недобрым словом братца, который, небось, третий сон видит. И тут его осенило! – Я всё понял! Ты просто летаешь плохо, и в клетку добираешься неуклюже! Слабо тебе! СЛАБО!!!

Ход был гениален. Гаврила летал отлично, сомневающегося мог бы и заклевать, но сначала надо было доказать обратное! Он взмахнул крыльями и сорвался с палки, на которой сидел.

Через несколько секунд Гаврила уже добрался до клетки, и, перебирая лапами и клювом, забрался внутрь. Торжествующий Игорь, захлопнул за ним дверцу.

– Всё! Птичка в клетке. Эээй, ты чего! Открывать умеешь?

Гаврила явно умел и даже почти открыл, когда Игорь сообразил, наконец, зачем на дверце висит специальный карабин.

– Елки-палки, чуть справился. И нафига я его выпускать буду? Пусть там и сидит.

Вопль, раздавшийся у него над ухом, поднял дыбом всю модную Игорёшикину стрижку.

– Что это? Это оно так вопит? Ой, блииин!

Гаврюша вопил мало того, что громко, так ещё и нескончаемо долго.

– Всё! Ладно, я завтра тебя выпушу! Обещаю! – проорал измученный Игорь и застыл в оглушающей тишине. – Дааа, это мне того…

– Каррык! – любезно подсказал довольный Гаврюша.

– Точно, кирдык! – согласился с ним Игорь.