Пёс из породы хранителей и праздник противоядия будням

 – Ты можешь с ума сойти от переработки, а она посочувствует и запросит новые туфельки, крутой костюмчик и сумочку, потому что у всех такие уже есть, а чем она хуже!

Иван хотел было возразить, что с ума сходить не собирается, но заметил движение в дверях и судорожно втянул в себя воздух.

– Ты чего? Это же Рыжик, – Света невинно улыбалась.

– Ддда, я вижу. Это я так… Сон про рыжих котов снился забавный.

– Бывает! – согласилась Света, отвернувшись к мойке.

– Да, слючаетсяяя! – согласился и Рыжик, удобно устроив упитанный задик на боку Блэка.

– Чего? – ахнул Иван и лихорадочно оглянулся на Свету. – Свеет!

– Что милый? – Cвета выключила воду. – Ты что-то сказал?

– Я? Я сказал? Неее, я ничего такого… – Иван дико хотелось спросить, а не слыхала ли Света то, что сейчас произнёс Рыжик, но понимал, что тогда ему надо признаваться в том, что он и раньше внимал говорящему коту, и вообще уже не очень-то здоров.

Юлька позвонила с намерением поскандалить с братом очень вовремя! Иван прихватил смартфон, убрался подальше из кухни, уселся в кресло и приготовился общаться с сестрой.

– Юль, я же перевёл тебе на продукты! – попытался объяснить он свой отказ.

– Перевёл? Да что ты там перевёл? Пятнадцать штук? Копейки какие-то! Это же Москва! Тут цены! Ты понимаешь, что у меня есть потребности? – Юля рассматривала себя с зеркало и показательно негодовала. Нет, если бы не сегодняшний триумф, она бы продолжала гнуть линию бедной сиротинушки, которую жестокосердная мать последнего кусочечка хлебушка лишила.

Но после её удачи, когда она уже видела прилетевший ей на карту гонорар за съемку, статейки в журналах о талантливой молодой актрисе, и очередь из режиссеров, которым страшно понравится её игра, вымаливать эти жалкие крохи ей стало как-то противно. – Я молодая девушка! Актриса! Мне в салон надо, одеться надо, я же как пугало хожу… И вообще!

Иван с усилием отодвинул от себя смартфон с мерзким голосом какой-то незнакомки, почему-то притворившейся его сестрой, приложил его к кресельному подлокотнику, чтобы хоть как-то заглушить эти звуки, и наткнулся на сочувственный взгляд Рыжика.

– Кирчииит? Я тоже так не люблю, когда кирчат… Особенно, когда просто так, – простодушно сказал котик. – А уж когда несправедливо ругаааатся, и вовсе так обиииидно!

– И не говори! – машинально откликнулся Иван и сообразил, что перешел к следующей стадии.