Убийство в бокале просекко

Мужчина прошел за ней, а она, усадив его на стол у окна, поставила чайник.

– Уже празднуешь? – усмехнулся он глядя на початую бутылку вина на столе.

– А у меня есть повод? – приподняла брови девушка, скрестив руки на груди.

Взглянув на нее, завернутую в белое полотенце, Дима сглотнул и не ответил.

– Подожди немного, я оденусь, – сказала Аня проследив за его взглядом и поспешно скрылась в ванной.

Закрыв за собой дверь девушка с сожалением спустила все еще горячую воду ванны и сполоснулась под прохладным душем.

Уже через пару минут она вернулась в кухню в своем мягком домашнем костюме с мокрыми волнистыми волосами.

Дима, между тем, временем времени зря не терял, разлив по бокалам так неосторожно оставленную ею бутылку вина.

– Ты пьешь с горя или на радостях? – не удержаться Аня от язвительного вопроса.

– Я пока не разобрался, – честно ответил он и приподнял свой бокал. – Не чокаясь.

Понимая, что терять уже совершенно нечего, Аня последовала его примеру. Кисловатый напиток оставлял приятное послевкусие.

– Хорошее вино, – одобрительно кивнул Дима, и добавил не терпящим возражений голосом: – рассказывай.

– Что именно? Как я привезла домой твою благоверную?

– Все по порядку.

– После того, как ты усадил нас в машину, мы приехали к вашему дому. До этого, правда, остановились у магазина возле кольца, и твоя благоверная прикупила бутылочку просекко. Она настояла, чтоб я поднялась в квартиру вместе с ней, так как пить в одиночестве казалось ей неприемлемым.

Мы поднялись, она налила мне чай, а себе только что купленного винца, потом я ушла. Все.

Макаров выслушал ее не проронив ни слова, разглядывая нехитрый городской пейзаж за окном, после чего подозрительно спокойным тоном, чеканя каждое слово произнес:

– В ее бокале нашли следы химического вещества, которое и вызвало остановку сердца. Нашего вещества Аня. Вещества, которое мы используем в своем производстве.

Девушка выронила свой бокал, и его содержимое с оглушающим звоном расплескалось на полу.

Она молчала, переваривая информацию, а Дима залпом осушил свой.

– Я понимаю, к чему ты клонишь. Если ты вообразил, что-то на мой счет, поспешу тебя разочаровать – я ничего не подливала в бокал твоей благоверной. Ты этого не стоишь.

– Ничего другого услышать от тебя я и не ожидал, – кивнул он соглашаясь. Конечно, у тебя не было причин питать к Карине, да, наверное, и ко мне, особой симпатии…

– Не было, – перебила его Аня.