Убийство в бокале просекко

После их вчерашней беседы он не проявлял в ее сторону никакого интереса, что было скорее благом. Прежде чем снова встретиться с ним, Ане хотелось быть уверенной в том, что дневник Карины не хранит в себе ничего такого, что могло бы заставить Макарова за ним охотиться.

Именно по этой причине девушка решила, что сегодня на работе сильно задерживаться не станет. Необходимо было как можно скорее проникнуть во все тайны покойной. Офис работал до семи, однако ей все же пришлось немного задержаться – Вячеслав Григорьевич в конце дня решил обсудить, по его мнению, не терпящий отлагательств вопрос, о чем не терпящим возражений тоном сообщил ей по телефону.

По мнению Ани, единственным не терпящим отлагательств вопросом была маленькая красная книжица в ее гостиной, но начальнику же не объяснишь, что ее ждут секреты убитой коллеги.

– Вячеслав Григорьевич? – заглянула она в кабинет начальника. – Что-то случилось?

– Да ничего особенного, хотел спросить твое мнение по одному вопросу, Да и просто чай попить.

Аня обратила внимание на аккуратно сервированный чайный столик темного дерева, стоящий в углу кабинета. С легким подозрением она поняла, что отделаться быстро не получится. Две наполненные травяным чаем чашечки стояли по бокам, а центре высилась трехъярусная этажерка со сладостями. Она опустилась в мягкое светлое кресло, ожидая длительную беседу.

– Давненько мы с тобой так не сидели, – начал Вячеслав Григорьевич.

 – С тех пор, как ты вернулась, все как-то не до того. Сама видишь, чего только вокруг не происходит. Надеюсь, у тебя все хорошо?

– Конечно, Вячеслав Григорьевич, почему вы сомневаетесь?

– Да разное болтают вокруг, – туманно ответил он. – Люди, сама знаешь, любят поговорить.

– Что именно вас беспокоит? – прямо спросила девушка, понимая к чему ведут разговоры начальника.

– Я ведь тебя еще совсем юной помню, – продолжил он, оставляя без ответа ее вопрос. – Когда ты на работу устраивалась.

Молоденькая совсем, в красных туфельках. Ты мне тогда сразу понравилась. И туфельки понравились, – веселился он. – Сейчас смотрю, как ты выросла за эти годы, и не могу не признать, что вижу в этом и для себя повод для гордости.

– Конечно, – согласилась Аня, – Вы очень много сделали для меня. Все эти годы…

– Я желаю тебе счастья, – прервал он девушку, беря ее за руку. – И не хочу, чтоб ты сама себе навредила.