Беда по вызову

Что-то меня стали доставать эти смутно знакомые лица. Он был весь в чёрном – майке и джинсах, а солнцезащитные очки с совершенно непрозрачными стеклами довершали его безрадостный облик. Второй напоминал бабушкин комод, низкий и черезвычайно широкий. Парень малость перекачался – ширина плеч явно превышала его рост. Морду он, похоже, тоже качал, особенно челюсть. И со вкусом у него была беда. Тропические попугаи выглядят скромнее. Ярко-жёлтые широкие штаны с черно-белыми лампасами, маечка безумного оранжевого цвета, а на ногах синие сланцы на толстенной, и почему-то полосатой, подошве.

Взгляд за зелёными стеклами очков был непроницаемым, а челюсть обрабатывала жевачку с размеренностью метронома. В принципе, мне было наплевать на всю эту их киношную неотвратимость, но я решил им пока не перечить. Они не стали просить меня выправить мятое крыло, а сразу перешли к делу.

– Одна наша чудная знакомая, – начал короткий, – просила приглядеть за одной очень хорошей тачкой. Где она?

– Знакомая?

Он снял очки и похлопал свиными глазками.

– Не, тачка.

– Она давала, она и заберёт.

– Не, заберём мы.

Видно было, что он не привык много говорить.

– А почему? – решил я спровоцировать его на более длинный текст.

– А потому, – у него в руке невесть откуда появился ствол.

Я вздохнул, завел его в гараж, кивнул на ангар и бросил ключи от навесного замка. Длинный остался стоять снаружи, коротышка зашел в ангар и закрыл за собой дверь. Я успел заскучать, пока его не было.

Появился он с совершенно белым лицом. С минуту он сглатывал и шумно дышал, потом произнёс целую речь.

– Ну ты, это, я не понял. А где тело?

Это был удар ниже пояса. Не думал, что зададут этот вопрос. Я не был готов на него отвечать, поэтому молчал.

– Где? – повторил короткий. Потом он неуловимым движением двинул меня в пах. К стыду своему, я вырубился. Очнулся от ударов ногами по рёбрам.

– Бизя, – шипел длинный, – где тело?

– Чьё?

– Где?

Если бы не ствол, я бы уделал их обоих и отправил вдогонку к депутату.

На Южном каждый день роют могилы. Но, видно, они знали с кем имеют дело, потому что пока длинный пинал, короткий держал меня под прицелом. Наконец, они устали, а я молчал.

– Придется прокатиться, – сказал длинный и пнул меня так, что я опять вырубился.

Очнулся я от тряски и шума дизельного мотора. Я обнаружил себя в салоне «Паджерика» со связанными руками под прицелом всё того же ствола в руках коротышки.