Эмпаты

К тому же она любила похвалы, а за кулинарные таланты можно было получить комплимент даже от самых сдержанных эльфов.

Но, с другой стороны, о такой магии не слагали легенд. Да, она крайне полезна, но… обыденна.

– Жаль, что этот ген в последние триста лет почти не наследуется, – вступила в разговор Луна. – Надеюсь, он не станет таким же редким, как Заклинательство.

– Или как Эмпатия, – кивнул Аметрин и вдруг перехватил взгляд своей будущей невестки – непонимающий и озадаченный. – Ну, что я говорил.

Милая, прости, я совсем упустил, что такое юное создание вообще может не знать об этом гене.

Луна чуть покраснела.

– Агара, не смущай меня своими пробелами в знаниях истории. Неужели ты и правда ничего не помнишь об Эмпатии?

– Дорогая, – вмешался Гренадил, – пустое. Зачем ребёнку забивать голову мёртвыми видами магии?

– А вот теперь мне стало по-настоящему интересно, – улыбнулась Агара. – Кто-нибудь всё же расскажет, о чём речь?

– Я расскажу, – внезапно даже для себя отозвалась Флора.

 – Ты наверняка помнишь из уроков истории, что это измерение не является родиной для всех местных эльфов. Изначально многие династии жили в мире людей и вполне сносно соседствовали с ними тысячи лет. Но постепенно людей становилось все больше. Они перестали ценить наши отношения, стали нарушать границы, вырубать священные леса. Дошло до того, что некоторые стали охотиться на нас ради наживы. На черных рынках эльфы уходили за большие деньги как экзотические диковинки, а уж одарённые магией шли втридорога.

Мы ничего не могли с этим сделать, люди слишком велики, и их было много. В те времена единственными, кто мог дать заметный отпор угрозе, были эльфы-эмпаты. Они умели управлять чужими эмоциями, даже человеческими. А самые талантливые были способны телепортироваться к источнику чувств.

Эмпаты заставляли охотников отпустить добычу и никогда больше не возвращаться. Но их было мало, и мы проигрывали войну.

В конечном итоге даже самые упёртые поняли, что надо бежать.

Эмпаты-телепортаторы смогли отыскать это измерение, почувствовав эмоции здешних эльфов – приятные и ровные. И помогли переправиться всем, кто уцелел.

– Получается, они – герои? – недоверчиво спросила Агара. – Но почему тогда я о них ничего не знаю? И почему этот ген не считается почетным?

– Видишь ли… – голос Флоры неожиданно дрогнул, – Эмпатию вряд ли можно считать даром в здешней культуре.