Кольцо Шамбалы

Он взял веревку, идущую от узды коня, на котором сидела Анна, и привязал её к своему седлу, затем ловко вскочил в седло. Герман закурил, пряча драгоценный огонек спички в собранные вместе ладони, будто боясь, что ветер задует его. Он слегка взмахнул веревкой в воздухе, и кони медленно пошли к воротам.

«Неужели все это было подстроено, и я с самого начала попала в западню?» – Анна терзалась в догадках.

– Эй, Леха, отдыхай тут, а мы поехали! – крикнула Зоя, поднимаясь на коня.

– А ты случайно ничего не забыла?! – спросил Герман, оборачиваясь.

Зоя коротко выругалась, спешилась, набросила узду на столб и пошла назад. Анна обернулась, и вдруг страх овладел ей, и накатило щемящее чувство полной безысходности. Страшная догадка овладела Анной. Оцепенев от ужаса, она смотрела, как Зоя подошла к сараю, подняла стоявшую у стены стеклянную банку, наполненную желтой жидкостью, и, не открывая крышки, бросила о стену, банка крякнула и разломилась на части. Зоя закурила, не закрывая зажигалку, повертела её в руках, рассматривая, а потом со всей силы бросила вслед за банкой.

Воздух наполнился резким запахом бензина.

– Не «Зиппо»! – сказала она.

– Пух, – ответил ей огонь.

Глава 4

Дорога на конях не самое приятное занятие для путешественника, особенно если руки связаны и ногами особо не пошевелишь, да и мозоли в нужных местах с непривычки не натерты. Ехали они долго, часов пять, не меньше. Анну поразило, что за все это время они не встретили ни одного человека.

Сперва они ехали по долине, потом долина как-то неожиданно закончилась, они перебрались через два ручья и дорога пошла в горы. У ручьев кони ненадолго остановились и, наклонив головы, жадно начали пить прозрачную искрящуюся воду. Погода была замечательная, если бы не эта дикая история, можно было бы подумать, что Анна находится на горной прогулке.

Дорога шла постоянно в гору, вокруг была тайга, чарующее разнотравье с его медовыми запахами, вечными кузнечиками и щебетаньем птиц постепенно сменилось хмурой тишиной.

Было так тихо, что казалось, за ними следят тысячи глаз. Лесные человечки наблюдают за тобой из-за каждого ствола, и, чуть зазевайся, утащат в чащу, справят свой дикий ритуал и никто и никогда тебя не найдет.

Порой меж тайги открывались большие поляны, покрытые оранжевым ковром крупных огоньков, словно огромный великан пролил банки с краской и оставил свой испорченный холст здесь, на суд вечных своих ценителей – гор, неба и тайги.