Настроение жить

Хозяин коллекции сказал, что она может взять любую идею. Например, совсем радом стояли «Научиться готовить 100 разных тортов» и «Посетить 50 музеев». У них не было горьковатого оттенка, и это были вполне реализуемые для неё вещи.

Может, не стоить мучить себя недостижимыми мечтаниями?

– Любезная, я не хотел бы вас торопить, но у меня ещё осталась работа, которая не терпит отлагательств…

Валентина спешно схватила флакон.

– Да-да, я готова!

– Вам нужно выпить содержимое. Лучше это сделать в спокойной обстановке, – добавил Иосиф Александрович, особенно акцентируя последнюю фразу.

– Спасибо большое! Знаете, меня не нужно провожать, я помню дорогу.

Валентина направилась к выходу, нежно прижимая к груди драгоценный сосуд. Разглядев надпись на папке, Иосиф Александрович улыбнулся.

И не удержался от соблазна еще немного побродить среди стеллажей. Менялись времена, технологии извлечения, идеи… Неизменным оставалось одно: энергия. Её здесь было столько, что он может никогда не бояться немощи, болезней, смерти, ни тем более скуки.

А затем, с сожалением вздохнув, прихватил осиротевшую папку и вернулся в кабинет.

Полчаса – и в проект договора с клиентами, а также во все основные инструкции был добавлен пункт:

«Изъятые идеи обмену и возврату не подлежат».

Он искренне сомневался, что в ближайшие десятилетия к нему вновь обратятся с такой просьбой, но рисковать больше не хотел.

***

Маленький Вадик уже полчаса сидел один у окна, отказавшись присоединиться к игре.

Сегодня он снова вспоминал погибших родителей, но уже не плакал – боялся, что его опять станут дразнить.

Он ещё ничего не знал о том, что в почтовый ящик детского дома номер 47 уже пришла заявка от Александра и Елены Макарских.

***

Инга уютно устроилась диване, закутавшись в плед и оставив снаружи только руку, держащую внушительную чашку с горячим какао.

«А не избавиться ли мне от идеи, что клиенты вредят себе процедурой?» – внезапно подумала она.

«Для начала, попробую-ка я справиться с этим сама».

***

В трёх кварталах западнее дома Инги по кухне порхала Валентина. На сковородке шкворчали отбивные, а в духовке подрумянивались пироги. Не в силах противиться манящим ароматам, на кухню постоянно заглядывал её муж.