Перекрёсток

Когда она услышала о том, что в Цитадель обратился представитель королевской гвардии с больным в крайне тяжёлом состоянии, она обрадовалась. Никто не хотел браться за это дело, а Стелла очень любила задачки посложнее.

Но теперь она всё чаще думала о том, что переоценила свои возможности.

То, что было в её силах, она сделала в первый же день – вылечила все полузажившие ушибы, стянула края раны на голове, провела ритуал пробуждения. Но этого оказалось мало, и пациент так и не пришёл в себя.

Ему явно требовалось сильное вливание магической энергии, но тут Стелла была полностью согласна с другими целителями: юноша этого не вынесет. И без того тщедушный, сейчас он и вовсе был жалкой тенью человека.

Самое неприятное было то, что к таким выводам она пришла в первый же день. Но когда она вышла сказать эти новости гвардейцу, он встретил её с такой отчаянной надеждой во взгляде, что Стелла не решилась. Просто не смогла.

И теперь в который раз проводила бесполезный осмотр и делала бессмысленные записи.

Больной всё так же неподвижно лежал на столе. Худой, как скелет, чудовищно бледный. Тщательные осмотры показали, что и до случая, который привёл этого парня в Цитадель, жизнь его явно не баловала.

Среди прежних травм особенно выделялись сросшиеся переломы на ребрах, и два выбитых зуба. А ведь он такой молодой – примерно её ровесник. И если бы не болезнь, то он был бы вполне недурён собой: мягкие волнистые каштановые волосы, приятные черты лица.

Повинуясь какому-то странному порыву, Стелла произнесла заклинание и восстановила юноше поврежденные зубы. И тут же решила, что это в журнал она вносить не станет.

Внезапно разозлившись, она накинула на пациента простыню, вышла из комнаты, бросив гвардейцу всего одну фразу: «На сегодня всё».

Будь оно всё проклято. В конце концов, она находится в Цитадели, и в её распоряжении лучшая библиотека страны.

Если ей не хватает знаний, чтобы вылечить этого паренька, то она хотя бы попробует найти эти знания в книгах.

***

Больше ждать было нельзя. С момента его приезда прошло уже две недели, а последнее письмо из ставки командования недвусмысленно давало понять, что время его «эксперимента» истекло.

Феликс всё же распорядился доставить задержанного в комнату целительницы, но когда она пришла, преградил ей путь.