Карты великого мага

 – Учитель сел на стул, обитый синим атласом, и Алистер вдруг заметил в его руках старинную книгу. – А я хочу предложить направить всю нашу энергию на другое. Я знаю, что ты еще ничего не слышал о маге Абрамелине. Это имя, эти труды – очень высокая ступенька для тех, кто выбрал дорогу постижения оккультных наук. Но ты уже готов принять знания Абрамелина. Мне был дан знак…

Перед тем как передать Алистеру книгу, учитель взмахнул своей янтарной палочкой, в основании которой крепился голубой алмаз.

Около минуты в воздухе парила-переливалась нарисованная учителем пентаграмма.

Такие способности, конечно, среди обывателей вызвали бы невероятный ажиотаж.

Яркое свечение, начертанное проведенной через палочку энергией Алана… Да это похоже на чудо, на самое настоящее колдовство!

Впрочем, перед непосвященными Беннет никогда не демонстрировал свои уникальные способности. И Кроули всегда поражали его скромность и равнодушие к эффектным жестам.

Когда пентаграмма растаяла, Алистер взял в руки старинную книгу в тяжелом кожаном переплете, погладил вытертую теплую обложку, ощутил горьковатый запах страниц.

С замирающим сердцем он собирался погрузиться в благоговейное чтение, но вдруг лицо сидящего рядом Алана посерело, учитель стал хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

– Проклятая астма, – захрипел Беннет, раздирая на груди сорочку.

– Сейчас, я быстро! – прокричал Алистер, вскакивая с кресла.

Он бросился в комнату учителя, заметался по сторонам.

Шприц, морфий, спирт – где же все это?

А, вот. На подоконнике, за шторой, и ампулы, и шприц в лотке, накрытый белоснежной салфеткой.

Беннет привык снимать приступы наркотиками. Врач сам прописал ему морфий – с предупреждением, что надо быть очень осторожным и делать инъекции только тогда, когда это необходимо.

Алистер сделал Беннету укол. Потом, убедившись, что острый приступ миновал, помог учителю добраться до постели.

И он провалился в магию Абрамелина, как в трясину…

В учении этого мага все было совершенно, логично и прекрасно.

Кроули с первой же страницы понял: нет больше книг, подобных этой.

Написанная ясным, четким, простым языком, она содержала описание множества ритуалов.