Крест Евфросинии Полоцкой

Если все это не производит должного впечатления, собака жалобно скулит. А вот взгляд, проникновенный, укоризненный, требовательный, трактуется просто. Еду давай!

– Я – стерва, – сокрушенно сказала Лика и потрепала питомца по рыжеватой холке. – Ладно, обжора, пошли на кухню.

Снап пулей умчался вперед, уселся у холодильника. Потом разочарованно тявкнул.

– Да, опять сухой корм. Не плачь, вот добавляю тебе консервы. А что делать? Все претензии к твоим маме-папе, голденам. Порода у тебя, дружище, такая, что любая человеческая еда вызывает аллергию.

Пес без особого энтузиазма захрустел у миски.

– Прекратить маяться дурью. Надо работать, – напомнила себе Лика. – Завтра интервью с режиссером. Фильм его последний так и не посмотрела, дотянула до последнего.

Через пятнадцать минут после включения dvd-проигрывателя она позабыла обо всем. Потрясающая режиссура, звездный состав актеров. А как неожиданно прекрасно играют! Известные по ролям криминальных авторитетов, они, вот что значит талант перевоплощения, органично вписались в монастырский антураж.

А потом очень сильно заболела голова. К горлу подкатила тошнота.

Угасающим взглядом Лика успела заметить: на экране священник изгоняет из девушки бесов.

Пугающая чернота в глазах. Зубы отбивают чечетку. Словно чья-то невидимая рука закрутила внутренности в комок и пытается их выдернуть через горло.

На ватных ногах Лика дотащилась до кухни, выпила воды, с ужасом понимая: все лицо залито потом.

«Что со мной? Не простужена, не беременна. На здоровье никогда не жаловалась. Тогда что это? – испуганно думала она, вытирая лицо салфеткой. – Сильная слабость. Надо выключить фильм и…»

Мысль оборвалась. Фильм, фильм, какой-то кадр, очень странный кадр, из-за него все случилось, там была какая-то сцена, и после нее…

Держась за стену, Лика добрела до зала и, борясь с новым приступом тошноты, уставилась на экран.

Священник читает молитву.

Изо рта девушки вырываются нечленораздельные звуки.

И глаза снова застилает темнота…

Она не знала, сколько времени провела у телевизора.

Картина давно закончилась, но сил вынуть диск у Лики не было.

«Все ясно, – рассуждала она, растянувшись на ковре. – Со мной происходит что-то очень плохое. Кажется, это началось после последней книжки. Я писала в ней о темных силах.