Крест Евфросинии Полоцкой

Им казалось: не смогут. Не справятся. Не бывать в Сельце монастырю.

Но, когда Предслава со своею спутницей добрались до Полоты, подле церкви Спаса уже вовсю стучали топоры. Весть о чудодейственном видении распространилась быстро. Весь Полоцк, казалось, неожиданно вышел на помощь для обустройства обители невест Христовых.

Хозяйственные хлопоты изматывали Предславу. Но, несмотря на усталость, она каждую минуточку благодарила Господа за великую поддержку.

Чудесный светлый Ангел исчез. Но чудеса, являемые милостью Божьей, продолжались.

Невероятно быстро преобразилось Сельцо, все окрест задышало красотой и покоем. Потянулись девицы в монастырь. Открылась школа. И деревянная церковка едва вмещала всех сестер, пришедших на службу.

Новый храм пришла пора возводить. Большой, просторный. Но вот как, на что?

«Надо ехать в Полоцк, – пронеслось в голове. – Помощи просить у князей. Дело-то божеское. Не смогут не понять».

И Предслава заторопилась. Распорядилась запрягать подводу, захлопотала, благословила сестер на труд.

Тем временем у монастырских ворот появились девушки. На минуточку игуменья замерла, вглядываясь в их лица, а потом бросилась навстречу.

– Сестрички! Родные! Как же я соскучилась по вам! – выдохнула Предслава, обнимая Гордиславу.

Родная сестра, а выросла-то, выросла – не узнать, красивая, статная!

И Звенислава, дочь Бориса, изменилась, похорошела. Тоже, помнится, совсем маленькой была, сущее дитя. А сейчас – девица на выданье!

– Хорошо, что приехали, – заговорила Предслава и знаком подозвала стоящую в сторонке монахиню.

 – Помолитесь здесь, с сестрами побеседуете. Просите Бога о милости, и воздастся вам. Все будет, и женихи, и деточки здоровенькие. Попрошу сейчас сестру в трапезную вас свести. Проголодались с дороги? Знаю, проголодались. Может, не так сладок монашеский хлеб, как княжеский. Но вы уж не побрезгуйте.

– К тебе наша просьба, игуменья Евфросиния, – тихо сказала Гордислава, теребя кончик русой толстой косы.

 – Не знаю, как сказать. Отказа твоего боюсь.

Звенислава перебила сестру:

– А я не боюсь! Сможет Предслава понять наше желание. Сама она видела, как несправедливо все устроено в княжестве. Господь говорит: живите в мире, не убивайте. Да только года не проходит, чтобы наше войско в поход не выступало… Хотим мы постриг принять, игуменья. Помоги нам!

Предслава всплеснула руками. Вот сестры, вот надумали! Решимость на лицах, серьезны намерения.