Крест Евфросинии Полоцкой

«Как жаль, что не я обслуживаю его столик», – пронеслось в голове.

Вика работала, но глаза все время почему-то смотрели не на клиентов, которым надо улыбаться ради получения хороших чаевых. А на меланхолично расправлявшегося с ужином молодого мужчину.

Симпатичный, широкие плечи, удачная стрижка, отмечала Виктория. Что-то мальчишеское есть в этой непослушной, спадающей на глаза черной челке. Вот если бы родить ребеночка от такого! А обручального кольца-то на пальце, кстати, и не видно…

Как он расплатился и ушел, Вика не заметила, забирала на кухне заказ.

Но в ярко освещенном зале кафе почему-то вдруг сразу стало темнее.

– Постоянный клиент, – толкнула ее, застывшую у выхода из кухни, официантка Вера. – И, кажется, холост. Лови момент!

«Вот глазастая, – обиделась Вика на наблюдательную коллегу. – До всего ей есть дело. Если тот красавчик и не женат, то, наверное, у него точно есть постоянная девушка. Ну а в кафе ужинает… Может, не принято так у них, у москвичей, чтобы жена у плиты убивалась.

Вон, в программе Андрея Малахова такие семьи показывают. Жена не то что обед не готовит – живет отдельно. У богатых свои причуды».

Следующим вечером на кухню заскочила Вера и, размахивая пустым подносом, зашептала:

– Давай иди, твой явился – не запылился. Сейчас очередь Зои обслуживать, но ей в туалет только что приспичило. Да и зачем этой корове такой красавчик?! Давай, Викуля, не щелкай варежкой.

Я себе нормального мужика в нашем кафе подцепила, и тебе повезет.

– Боязно мне, – призналась Вика. – Он такой симпатичный, что я и улыбнуться не смогу.

– Не улыбайся, – подбоченилась Вера и сдула выбившуюся на лоб из-под наколки светлую кудряшку. – Сиди тут как клуша. Станешь старенькой – на кухню пойдешь тарелки драить. Да не стой же ты, дурочка! Давай! Москва слезам не верит!

И все же она волновалась. Наливая в бокал минеральную воду, все пыталась поймать его взгляд, устремленный исключительно в газету.

– Хм. девушка! Ладно, мелочи. Это вода. Пятна не будет, но что обо мне подумают!

– Ой, – к щекам прихлынул жгучий стыд. – Простите, пожалуйста. Не знаю, как так получилось. Я недавно здесь работаю.

– Я заметил.

«Он! Меня! Заметил!» – пело сердце, и Вика про себя повторяла эту фразу весь вечер, и радость не меркла. Наоборот, все сильнее делалась.

Он улыбнулся на прощанье.