Кольцо леди Дианы

Она многое уже понимает. Только вопросов про папу пока не поступало. И это к лучшему, врать не хочется, объяснять про смерть тоже. Впрочем, малышка недавно пошла в детский сад и, надо полагать, скоро поинтересуется, почему за некоторыми детками приходят папы, а за ней – или мама, или «Светичка»…

Кормить Дарину приходилось на коленях. Это единственный способ не позволять малышке забрасывать ноги на стол… Почему она пребывала в уверенности, что ее розовые пятки должны красоваться рядом с тарелкой – Лика не понимала.

Но как только дочка стала есть за общим столом, правда, с детского высокого стульчика, единственное, что ее волновало, – это как угнездить на столе свои копытца. Запреты, как всегда, не действовали, крик приводил к тому, что малышка ноги со стола убирала, но при случае опять водружала их обратно. А со взрослого стула она, пытаясь выполнить свой акробатический трюк, просто шлепнулась и чудом не ударилась головой о край стола. С коленей кормить Дарину оказалось удобно. Как только дочь норовила пристроить пятки на стол, Лика отодвигала ногу и объясняла, что так делать не надо. Может быть, это даже стало действовать – во всяком случае, в детском саду или «Макдоналдсе» Дарина принимала пищу без своих йоговских асан.

Лика разогрела кашу, устроила доченьку на коленях и провозгласила:

– Самый вкусный ужин для самой лучшей девчонки. Открываем ротик! Нет, ножки на стол не кладем, не стоит. Дарин, не хулигань, а! Вообще, такие большие девочки уже сами кушают. Так что цени момент!

Вронская кормила дочь, иногда ловко отводила ее ногу от стола и грустно улыбалась.

Какая же у нее напряженка с воспитанием ребенка! Малышке еще трех лет нет, а уже творит, что хочет. Что будет дальше – страшно и подумать…

Когда раздался звонок в дверь, Лика усадила дочь на стул, с суровым видом потребовала хорошего поведения и отправилась в прихожую.

Чуть мутная в стеклышке глазка на лестничной площадке, прижав к щекам ладони, стояла Лена Полякова.

– Привет, я уж думала, ты не приедешь, – Лика открыла дверь, посторонилась, пропуская разрумянившуюся на морозе гостью.

 – Давай полушубок, я повешу. Ты на кухню проходи, я ребенка кормлю.

– Ой, холодина какая на улице! Я пока от машины до подъезда дошла, так замерзла! Сейчас, – Лена щелкнула застежкой сумки, достала небольшую коробочку. – Ты видишь? Смотри, какое чудо! Это настоящие бриллианты, я к ювелиру только что ходила.

Тяжелая одежда приятельницы выскользнула из онемевших рук.