Плачущий ангел Шагала

Кстати, он особо и не скрывал, что в восторге от ее внешности. Прямо заявил:

– Да вы, девушка, просто сногсшибательная инопланетянка. Серьезно. Ну и глазищи у тебя, Дашутка!

Это был отличный вариант: поменять сына на папу. Даша все просчитала мгновенно: денег больше, квартира лучше, мужик эффектный, надо брать, пока не увели. А то, что он говорит, будто бы не намерен никогда больше жениться, – полная фигня. После гибели матери Филиппа столько лет прошло. Монахом он сто процентов не живет – губная помада что в его ванной делает, спрашивается.

Поэтому, все больше уверялась Даша, никуда папочка не денется, влюбится и женится.

Но даже она, казавшаяся себе такой циничной, все же оказалась застигнутой врасплох. Свекор сам пошел на сближение. И так радикально…

Она забежала к нему в офис, чтобы передать документы. Ивану Никитовичу требовалось заверить перевод у нотариуса, секретарша приболела, и он попросил Дашу помочь. После того как с бумагами было покончено, она очень удачно объехала вечные многочасовые пробки.

Едва припарковала машину у здания, полился сильный холодный дождь. И было так уютно сидеть в комнате отдыха, с чашечкой ароматного кофе в руках. И чувствовать на себе одобрительный взгляд свекра, невольно прислушиваясь к дроби стучащих в окно капель.

Все произошло так быстро и красиво, что Даша даже не успела опомниться. Невероятно! Как в кино!

Первый кадр – он забирает чашку и ставит ее на столик. Второй – неожиданный, а потому особенно чувственный поцелуй. Третий – Даша послушно становится у кресла.

Бесцеремонные уверенные пальцы задирают юбку, приспускают трусики и колготки. Щелкает «молния» брюк и…

Наглость и чудовищность происходящего неожиданно обострили чувственность. Оргазмы взрывались ежесекундно, как хлопушки на Новый год.

«Он меня…» – изумленно думала Даша и кусала спинку кресла, чтобы не закричать.

«А потом Филипп…» – и снова обивка гасит стон.

«Я дрянь, он сволочь, как же мне это нравится…»

Он застонал, потом выскользнул из нее, потянулся за салфеткой.

– Надо поставить здесь душевую кабину, – облизнув губы, хрипло сказала Даша. – Ну, и что все это значит. Инцест?

Иван Никитович недоуменно пожал плечами.

– Я бы попросил прощения. Но ты так хотела, я чувствовал, – пробормотал он. – Да, Филипп… Непорядочно, ужасно. Я не знаю, что на меня нашло. Я не контролировал себя совершенно. Ты инопланетянка. Вот ты кто. Я думаю, нам лучше не встречаться. И еще…

Даша слушала Ивана и мысленно усмехалась.