Мандарин на снегу

Всегда в такие места езжу, многолюдные.

– Ну, это по – молодости хорошо, а когда начинаются дети… – махнула рукой Надежда.

– Давай садись, а то у меня сегодня клиентов, – мастер поднял глаза к небу. – И свои и чужие! Начнем!

– Нет, Андрис! Начни, пожалуйста, с моей подруги. Ты ей очень нужен. А я пока в соседний зал пройду, на массаж. – И кивнув нам на прощанье головой, скрылась за зеркальной дверью.

Парнишка пристально смотрел на меня, не говоря ни слова; потом, издав протяжный вздох, усадил в высокое кресло.

– Как называется ваш цвет? – хмуро рассматривал он мои волосы.

– Не знаю, – пролепетала я, вжимая голову в плечи.

– Ну, на коробке, что было написано?

– На какой коробке? – Я готова была уползти с этого кресла.

– Вы чем вообще краситесь? – Мастер тоже терял терпение.

– Я ничем не крашусь, – это мой натуральный цвет. (Прямо Раиса Захаровна из любимого фильма).

Последовала долгая пауза. Андрис непонимающим взглядом изучал мое отражение в зеркале, открывая и закрывая рот.

– Вы откуда приехали? – наконец произнес он.

– Бабушка забрала меня из Азербайджана, но это было давно, еще тридцать лет назад.

– И вы тридцать лет живете в Питере и ни разу не красили волосы?

– Ну, да! А зачем? Седины еще нет.

– Нет, это что– то особенное. Я не зря сегодня пришел. Кому расскажу – не поверят! Ну, что ж работы будет много, – пробормотал Андрис и, развернув меня спиной к зеркалу, накрыл красивой пелериной.

Никогда в своей жизни я не проводила так много времени в парикмахерской.

Мою голову чем – то мазали, смывали, снова мазали, весело щелкали ножницы, жужжала бритва, гудел фен. Наконец, звуки смолкли, меня медленно повернули к зеркалу и нервным движением сдернули завесу.

– Закончил! – выдохнул Пигмалеон.

Вокруг толпились люди, все поздравляли Андриса непонятно с чем, восхищенно вздыхая, а я не могла найти себя среди всей этой массы людей.

«Может, это другое зеркало, которое видит только мастер? – Думала я. – А когда я увижу себя?» Но вслух я ничего спрашивать не стала, а послушно сидела и ждала.

– Ой, ну что же вы молчите, девушка? – спросил кто-то.

– Она потеряла дар речи! – произнес другой голос и все дружно и, как – то нервно засмеялись.

– Андрис, а где моя подруга? К зеркалу подошла Надежда, я видела ее отражение.

Парень, скрестив на груди руки, стоял, слегка покачиваясь в разные стороны с улыбкой победителя на устах.

– Она уже ушла? – Надя стала крутить головой, обводя зал глазами.