Второй шанс

А вы хотите ее наказать? Или увидеть?

– Нет, даже не думал никогда об этом. И видеть больше не хочу. Пусть живет с миром. Она для меня сейчас, как укор всем моим прегрешениям. Сам виноват, что не справился со своими чувствами. Сыновей только видеть хочу, Игоря и Левочку – это младший. Но они меня не простят. Это я точно знаю, сам бы не простил никогда! Такую грязь развел! Василиса, засиделись мы с вами, у вас же сынок в садике. Пора в застенки возвращаться.

Владилен Львович неуклюже поднялся, от долгого монолога его голос совсем перестал ему подчиняться и он едва шептал.

Но глаза его просветлели, заблестели в вечерних огнях, на морщинистых щеках румянец появился.

– Давайте вместе зайдем в садик, а потом мы с Ваней вас проводим, – предложила Василиса.

– Это вы так проявляете свою жалость? – взглянул с болью старик.

– Глупости, какие! – строго посмотрела на бывшего адвоката Василиса. – Ванечке хочу доставить радость от общения с дедушкой. Мои родители далеки от сентиментальных проявлений чувств, живут музыкой и учениками.

Сашу вот отметили, талант обнаружили, а с Ваней им играть некогда. Так, что окажите любезность, побудьте сегодня посаженным дедом.

– Тогда я куплю ему пирожное! Вы позволите? – И, не дожидаясь ответа, старик направился к буфету.

* * *

Поздним вечером на маленькой кухне с фотообоями, на которых голубая волна ласкала белый песок, тихо, чтобы не разбудить Ваню, причитала и рыдала Татьяна.

– Вась, ты представляешь, она ходит по моей кухне в его рубашке с запонками, которые я ему подарила на нашу годовщину.

Я не могу это понять, Вась! А меня словно не существовало. А мы с Мишей этот дом по кирпичику строили, каждую стенку, каждое окошко с любовью возводили. Нам было так интересно этим заниматься. Ехали каждый день после Мишиной работы и радовались, что еще один уровень кирпичей поднялся. Комнаты детские планировали. А теперь… У-у-у!

– Ну, что ты, что ты, Танюша! – пугалась Василиса этих завываний.

 – На еще выпей.

– Да не берет меня эта водка. Я вообще ее не пью, – отмахивалась Таня, но рюмку каждый раз поднимала и выпивала ее одним махом, как заправский пьяница. – Мы с Мишей иногда вина хорошего красного по бокалу выпивали.

– Где ж я тебе хорошего возьму? Может, заснешь? – с тревогой глядя на подругу, произносила Василиса. – Я тебе на Сашкином диванчике постелю, а Ваню к себе перенесу, а то утром проснется, испугается.