И боги порой бессильны

И этого сияния внутри девушки стало слишком много.

На золотом узоре ее алого платья, лифа и рукавов вспыхнули искры. Они плясали, переплетались друг с другом, разгорались, спускались огненным пламенем к золотым фениксам и драконам. Насытив их жаром, огонь, спешил переплестись с орнаментом брачной вязи на подоле платья. Спрыгнув с него, он полз по полу всполохами пламени, образуя вокруг избранных короля и королевы огненный круг.

Пламя шипело, вспыхивало, обдавало жаром Нарима и Михла, преграждая им путь.

Люди закрывались руками от огня и с ужасом смотрели на объятую в огненное кольцо королевскую чету. Королю и королеве огонь не причинял никого вреда, наоборот: он, словно верный пес, встал с огненным оскалом на защиту своих хозяев, ластился к ним, преданно лизал стопы пылающим языком.

Феникс, расправив крылья, шипел. Её огненно-янтарные глаза смотрели гневно.

– На колени перед королем и королевой Финийского государства!

Вибрирующий голос Хранителя Источника врывался в разум людей, стоящих в тронном зале:

– Теперь только я буду выбирать, кто достоин носить мои короны! На колени!

Гнев птицы был страшен.

Феникс, складывая крылья, нежно, с любовью коснулась огненным оперением корон на головах своих детей и исчезла.

Имран сильней прижал к себе Викторию, окинул стальным взглядом черных глаз сиятельных лордов, преклонивших перед ними головы и колени.

Молодой король успокоился, встретившись со спокойным взглядом черных глаз отца.

Глаза матери полны слез. Она понимала, какой груз упал на плечи их сына. Имран смотрел на нее, говоря глазами: «Не бойся, мы под защитой магических Хранителей». Вириди ответила ему ласковой, грустной улыбкой. Их молчаливый разговор прервал Гивский:

– Что-то такое я и предполагал. Какая мать сможет долго без своего ребенка? Она должна видеть его, чувствовать счастье, купаться в любви, качать на руках своих внуков.

Плечо Саруна перекосилось от тяжести руки ведьмака.

– Если с их голов хоть волосок упадет, отправлю к тварям из нижнего мира.

Голос Аронда до самых костей пробрал дрожью главу тайной канцелярии. Сарун не обиделся, понимая состояние Куранского. На трон вступили молодые король и королева, и им понадобится помощь и поддержка, и он будет: и тем, и другим. Для нее он готов перевернуть весь этот мир.