Джейн. 1-я часть

Ее сердечко не выдержало и дрогнуло, слезы ручьями полились по щекам. Воспоминания вновь сжали ее в своих жгучих объятиях, теребя и раздирая ее душу болью.

Джейн всхлипнула и откинула одеяло. Со смерти родителей она стала укрываться с головой, стараясь спрятаться в кокон. Но теперь под одеялом стало нечем дышать от жаркого прерывистого дыхания. Размазав слезы концом пододеяльника, девушка шмыгнула носом и уставилась в потолок. Огромная желтая луна, зависшая как раз напротив окон спальни, озаряла комнату своим светом.

Джейн повернулась и немного приподнялась, посмотрев на нее.

– Ого, какая ты сегодня красавица! Висишь себе на небе и не переживаешь ни о чем.

Джейн повернулась и поерзала, устраиваясь удобней. Сейчас ее мысли вновь вернулись к недавним событиям. Нужно все пережить и понять, как быть дальше. Как смотреть в глаза тем, кто хотел над ней надругаться. Она вспомнила невысокого парня Даниила. Светловолосый, сероглазый, щупленький, больше похожий на молодого неоперившегося петуха, он постоянно цеплялся к ней.

Сын не то банкиров, не то какого-то депутата. Явных ухаживаний он не проявлял, а только каждый раз старался ударить или задеть плечом, проходя мимо. Бабушка всегда говорила, что маленькие мужчины полны яда и обиды, нужно обходить их стороной.

– Это почему? – удивленно вскинув брови, спросила у нее подросшая Джейн.

– Да потому что ущербными себя считают, вот и хотят доказать всему миру, что они лучше всех.

– А какая разница, какой рост?

– Так в том и дело, что никакой.

Да только им этого в голову не вдолбить.

Веки Джейн все больше тяжелели, перед последним взмахом ресниц она успела подумать: «Как хорошо, что не успела волосы обстричь» и забылась в тревожном сне.

***

Утром следующего дня она встала бойкая и решительная. Умывшись холодной водой, посмотрела на свое отражение в зеркале и недовольно сморщила носик. От вчерашних рыданий веки припухли, четче подчеркнув разрез глаз.

Недовольно фыркнув своему отражению, девушка прошла на кухню. Быстро позавтракав, чмокнула бабушку в щеку и побежала одеваться.

Нора, полночи переживающая за внучку, ждала каких-нибудь очередных сюрпризов. Но оказалось, что та с утра пребывает в приподнятом настроении. От сердца старушки сразу отлегло – значит, пронесло. Вот и ладненько, вот и хорошо, повторяла она сама себе.

Но только, как потом оказалось, ладненько не получилось.