Кофе для Яны

Она хотела бы попробовать почувствовать свою нужность и полезность в этом мире, иметь там действительно свое место, знать, что наконец-то у нее что-то получается.

Пока она размышляла, Герман тактично сосредоточился на экране ноутбука, словно там вдруг появились неотложные дела. На самом деле он, конечно, уже понял, что она готова согласиться, и не хотел больше давить на нее, просто чтобы она считала это решение полностью своим.

Выждав пару минут, она допила кофе и сказала.

– Ну хорошо. Хоть все это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, я хочу попробовать.

Герман просиял. Его глаза потеплели, плечи опустились – он словно бы сдулся, как воздушный шарик.

– Отлично. Но нам с вами понадобится целый день. Вы сможете его для нас освободить?

– Да, я договорюсь завтра. Понедельник подойдет?

– Это будет замечательно. Но вы понимаете, что, если мы сработаемся, вам придется уволиться и перейти к нам? Вы очень дорожите своей работой?

Яна вдруг поняла, что совершенно ей не дорожит. Вот просто совсем.

И ее вдруг охватила какая-то детская радость от того, что есть наконец уважительная причина для нее на эту работу – скучную, бесцветную, неинтересную, низкооплачиваемую – больше не ходить. Вот просто вообще никогда. Оставить ее, забыть и не расстраиваться о том, сколько лет на нее потрачено впустую. И уже это одно было весомым аргументом подписаться на эту авантюру с Германом. И еще – ей вдруг подумалось, что если этот Герман обманет ее, ничего не получится, или мало ли там что – одно то, что она уйдет с нелюбимой работы, будет ей наградой за их случайное знакомство, за то, что она не побоялась, а решилась рискнуть.

– Конечно, дорожу. Но в понедельник приду, – заулыбалась Яна. Словно на свидание, подумалось вдруг ей. – А сейчас извините, мне надо бежать.

Глава 7 Маринка

Они попрощались, и Яна выпорхнула из кофейни.

Она наврала Герману о том, что у нее есть еще дела. Никаких дел. Просто надо было освежить голову и переварить все сказанное.

Несмотря на свою неотразимость, Герман был красив не той мужской красотой, которая бьет женщин наповал, в самое сердце.

У него была обаятельная улыбка, элегантно очерченные скулы. Но холодные голубые глаза создавали стену, держали дистанцию. В его взгляде она увидела готовность быть друг другу полезными, но в нем не было приглашения к дружбе и тем более к более близкому знакомству.

Тем более, было, о чем поразмышлять.

Во-первых, у нее предполагались какие-то способности.