Чудовищное чаепитие

Степа попытался подняться, но в голове страшно шумело. Бой между гвардейцами продолжался.

– Садись скорее в седло, надо уходить отсюда, как можно быстрее! – настаивала кляча.

Степа с трудом взгромоздился на лошадь. И они шагом двинулись прочь от страшного места, где на асфальте валялись опилки, составлявшие еще недавно Мишкину начинку и обрывки старой плюшевой ткани…

Постепенно в голове Степы прошел шум, и он почувствовал себя немного лучше. Но тут же вспомнил, о том, что случилось с Мишкой, и настроение совсем испортилось.

Лошадь постепенно двигалась быстрее и вскоре перешла на рысь. С ней тихо и незаметно происходили перемены. Наливались мускулы под облезлой шкурой, проплешины затягивались новой блестящей шерсткой, грива становилась гладкой и шелковистой.

Когда Степа вновь посмотрел на нее, то это была уже совсем другая лошадь, молодая, упитанная, полная сил, с гладкой и блестящей шкурой, с длинной струящейся по воздуху гривой. Казалось, она не скачет галопом, едва касаясь дороги, а летит по воздуху.

Впрочем, приглядевшись, Степа понял, что они на самом деле летят высоко над землей, оставляя позади огни Города. Они все больше и больше удалялись от него, и, наконец, Город растаял в наступивших сумерках как дурной сон. А лошадь все прибавляла и прибавляла галоп.

– Почему ты так изменилась? – спросил Степа.

– Я была старой, облезлой и немощной, потому что никому не была нужна. Когда ты никому не нужен, тебе остается только постареть и умереть, как можно скорее! Таков закон жизни.

Но как только я поняла, что тебе требуется моя помощь, все стало по-другому, изменилась и я. Теперь я могу помочь тебе. Держись крепче, я отвезу тебя домой! Нам еще очень далеко лететь…

Степа стоял на лесной поляне возле огромного старого дуба, рядом с разбитым дедовским великом. Солнце было в зените. Лучи его с трудом пробивались сквозь густую листву деревьев и упирались в землю прозрачными золотистыми столбиками. Пели какие-то звонкие птахи, жужжали мухи и прочая летающая мелочь.

В руках у Степа держал подкову, подаренную лошадью на счастье. Повернувшись, чтобы еще разок взглянуть на разбитый велосипед, он увидел сидящего возле дуба плюшевого медведя.

– Мишка! – закричал Степа и кинулся к нему. Через минуту юноша быстрым шагом шел в деревню. На руках нес большого потрепанного игрушечного мишку и разговаривал с ним. Но тот, к сожалению, все время молчал. Все плюшевые медведи мира имеют эту нехорошую привычку.