Храм Мортис: Посланница Преисподней

Лич переместил её с кухни, радуясь в глубине души, что хотя бы минимально освоил магию Пространства.

– Что ж, господа, удовольствие разбить яйцо я предоставляю вам.

Эльф осторожно вынул голубое чудо из шкатулки, медленно, словно священнодействуя, приблизился к столику и поднял свою бесценную ношу над блюдом. Вирлисс протянул другу нож для нарезки фруктов, и Эет, взглядом попросив у богини благословения, точным ударом разбил хрупкую блестящую скорлупу.

С тяжёлым шлепком огромный желток упал в загудевшую тарелку, окутанный прозрачно-золотистой слизью сырого белка.

Эет не знал, было ли то на самом деле, но ему казалось, что от яйца исходит нежное, лёгкое тепло.

– А теперь мы его взобьём, – мило сообщила Ариэлла и, взяв венчик, быстрыми и ловкими движениями превратила содержимое в однородную массу.

– Готово! – объявила баронесса. – Что ж, господа, сейчас тонким слоем мажем себя по рёбрам, челюстям и шее. Тонким слоем, аккуратно!

Эет осторожно, словно не веря себе, погрузил кончики пальцев в яичную болтунью.

По костям разлилась волна удивительного, ласкового жара, и, достав пальцы, Эет не сумел сдержать вскрика: на них появился тонкий слой мяса!

– Богиня! Это…

Лич не находил слов.

Ариэлла отвернулась.

– Когда почувствуете, что можете пить, выпейте остатки. Вирлисс, – обратилась она к вампиру, – не станем мешать вашим друзьям. Не покажете ли мне вид с балкона?

– Почту за честь. Только я посоветовал бы вам накинуть что-нибудь сверху. На улице довольно прохладно.

Ариэлла кивнула – и на её плечах материализовалась роскошная шубка из чёрного меха.

– Подойдёт? – вернула девушка Виру его недавний вопрос, копируя интонацию с очаровательным лукавством в глазах.

Вампир улыбнулся, без слов предложил баронессе руку, и они покинули зал.

Эет перевёл взгляд на Таривила. Скелет стоял молча, избегая смотреть на хозяина.

Хранитель Храма почувствовал неловкость.

– Таривил, – медленно, подбирая слова, начал он. – Мне Вир рассказал, как вы вчера охотились.

Я рад, если вы подружились. Я тоже хотел бы найти в тебе друга. Не думай обо мне, как о Господине, но… Но я должен понять, какой ты. Что собираешься делать. И если я увижу, что Вирлисс не ошибся, я отпущу тебя. Не прогоню из Храма, конечно, но произнесу Формулу Освобождения. А дальше ты решишь сам. Понимаешь?

Таривил кивнул.

– Поймите и вы меня правильно, Господин, – тихо произнёс он, поглядев прямо в глаза Эету.