Автостопом до алтайского яка

Птички сразу, … (проститутка), облепили! Пока я там туда-сюда час-полтора стоял, всю мордочку очистили на … (пенис)!

По месиву из саранчи ехать очень опасно, потому что раздавленные насекомые превращаются в скользкую кашу. В последнее время саранча стала настоящим бедствием – за один день целые поля уничтожаются этими огромными летучими «кузнечиками», съедающими столько, сколько весят сами. На месте густых зелёных зарослей из кукурузы остаются только лысые ряды объеденных палок.

Мы бодро едем по абсолютно пустой трассе: Азамат впереди, Игорь сзади.

– Я чё-то смотрю – шершень! … (имеющий опыт полового сношения в качестве пассивной стороны) в рот, … (офигеть) на … (пенис), … (проститутка)!

– Ты в Украине видел шершени какие? – громко смеясь, спрашивает Азамат.

– Там не шершни, … (проститутка)! Там слоны летучие, на … (пенис)!

Количество матов означает, что шершни там довольно большие.

– Да … (фиаско) просто: динозавры! – Азамат хохочет. – Я из Китая проехал, в Киеве выгрузился, и у меня машина затроила, поехал на СТО.

И он показывает мне палец, слава Богу, большой.

– Да-да, а подлетают, как будто реактивный самолёт на тебя летит! – эмоционально подтверждает Игорь голосом, который чем-то сам похож на этот звук.

Выясняется, что у Азамата аллергия на укусы насекомых. Он рассказывает, как однажды в дороге его прямо в ухо укусила пчела, влетев в окно: еле до больницы добрался. Из-за аллергической реакции горло отекло так, что в больнице пришлось Азамата интубировать, иначе бы задохнулся.

– Три дня меня держали, не хотели отпускать! – эмоционально рассказывает он.

Он очень радостный, этот парнишка Азамат – чуть не умер, а рассказывает, смеясь.

Потом водители впадают в ностальгические воспоминания об армии, куда ж без этого? Армейские истории похожи одна на другую, и общее мнение «лучше пройти эту школу жизни заочно» – тоже.

– Вы окурок хоронили? – спрашивает Азамата Игорь.

– Да-да! – он хохочет. – А как же!

Есть такой ритуал в армии. Брошенный на плац окурок вынуждают подобрать, и нарушитель принимает живое участие в ритуале «похорон». Для этого окурок сначала транспортируют до места погребения – при этом его кладут на простыню, за четыре угла которой берутся четыре бойца и бегут несколько километров, причём так, чтобы окурок не улетел на землю. На месте выкапывается большая глубокая яма, размером с настоящую могилу.