Академия для властелина тьмы. Тьма наступает

И если для этого нужно посидеть и подумать – ладно. Попытался представить то самое место. И неожиданно поймал себя на мысли, что представляю академию. Со всеми ее коридорами, аудиториями, тренировочными залами. Неужели в какой-то момент я начал считать академию домом? Хотя ничего удивительного в этом нет. Не дворец же мне представлять, вечно темный и сырой.

Вдруг что-то зажужжало над ухом. Приоткрыл глаз – муха. Махнул рукой, отгоняя назойливое насекомое. Снова попытался сосредоточиться, но стоило обрести картинке хоть какую-то ясность, как муха села мне на нос.

Решил поджарить ее заклинанием.

– Вестер, что ты делаешь? Задание слишком сложное для тебя? – раздался холодный голос эльфа.

– Нет.

– Тогда сосредоточься.

Я глубоко вдохнул и снова погрузился в образы. И вдруг муха села мне на лоб. Постарался не реагировать. Пусть делает что хочет. Но мерзкое насекомое сначала ползало по лбу, затем попыталось забраться в нос. Я оглушительно чихнул – и открыл глаза.

– Что опять не так? – в голосе Энтареаля добавилось ледяных ноток.

– Ничего, – фыркнул, снова пытаясь представить академию. Муха села на губы – и я что есть силы хлопнул по ней ладонью. Губы обожгло болью, а муха отлетела в сторону и противно зажужжала.

– Ваших рук дело? – запоздало догадался я, испепеляя взглядом Энтареаля.

– Допустим, мое, – усмехнулся тот. – Ты не справился.

– Но муха…

– На месте мухи может быть что угодно. Неприятные запахи, звуки… или мое опоздание.

Ты должен оставаться совершенно спокойным. В любом случае. Только тот, у кого холодный разум, сможет одержать победу.

– Это можно было объяснить по-другому, – нахмурился я.

– Лучше всего запоминается то, что испробовано на собственной шкуре, – ответил эльф с гадкой ухмылочкой. – Поэтому, Эрин Вестер, я буду тренировать тебя так, как считаю нужным. Раз уж ты провинился.

Я решил промолчать. Спорить с глупым эльфом себе дороже. Эти светлые – такие зануды. Как втемяшат что-то в голову, хоть на край света беги.

А Энтареаль наконец-то достал меч, и началась настоящая тренировка.

Мы кружили по полю до полного изнеможения, но ни один не просил пощады. Отведенное на тренировку время давно истекло. Мысли в голове перепутались до такой степени, что я почти забыл, кто я, где нахожусь и что делаю. Энтареаль даже не взмок. Хотелось поджарить его на месте, поэтому, когда с пальцев начало срываться пламя, я даже не удивился.