Чудовище в Академии

Тина напыжилась, и от этого сходство со взъерошенной птичкой стало полным. Мне приятно было знать, что в этом маленьком домишке кто-то ждет, когда вернусь. И в то же время я боялся. Потому что давно понял: привязанность к кому-либо – это слабость. Не нужно ударять по мне. Надо лишь причинить боль дорогому для меня человеку – и я испытаю такую же боль. Поэтому намекал Тине, что ей лучше бы уйти. Но идти было некуда. И она ни за что не соглашалась, даже когда предлагал ей купить другой дом и обеспечить всем необходимым.

– Ты хмуришься, – Тина легонько коснулась пальчиками моего лба. – Влад, если тебе так не нравится эта идея, зачем ты согласился?

– Я же сказал – пришлось, – я постарался выглядеть менее угрюмым. Вряд ли получилось.

– Нет ничего такого, что бы ты согласился сделать без своего желания, – увы, Тина изучила меня слишком хорошо. – Вот и спрашиваю – в чем дело?

– Ты меня раскусила, – я улыбнулся, хоть и знал, что улыбка делает лицо еще более неприятным, даже зловещим. Давали себя знать шрамы.

 – Мне любопытно. Смогу ли, не смогу. И в то же время – я понятия не имею, как обращаться со студентами. Дагеор, хитрая лиса, заманил меня в ловушку. Терпеть не могу этого типа!

– А я его уже люблю, – Тина звонко рассмеялась. – Давно не видела тебя таким оживленным. Не беспокойся, братец. Ты встречал куда более грозных существ, чем студенты магической академии. И справлялся. И теперь все будет хорошо.

Знал бы я, какие шутки иногда устраивает богиня! Ноги бы моей в академии не было.

Но в тот день я позволил себе поверить Тине и успокоился. Она права. Что такого страшного в обычных студентах? Пусть и с небольшими аномалиями. Месяц как-нибудь протяну.

Глава 2

Мышеловка захлопнулась

Утро выдалось хмурым и дождливым. Как любит говорить Тина, в такие дни даже дракон хвост из пещеры не высунет. Но я собрался, захватил дорожный мешок – к счастью, защищенный от воды и огня ворохом бытовых заклинаний, и пошел на ближайший постоялый двор. Экипажи частенько проходили мимо академии.

Не сказать чтобы близко, но идти четверть часа – не три часа.

Мне определенно везло. Экипаж нашелся и готовился вот-вот отправиться в путь. Кроме меня, в нем было трое парней и женщина средних лет. Они недоброжелательно покосились на меня, но промолчали. Люди редко глядели на меня с приязнью. А иногда просто пялились, как на ярмарочного шута. Я привык не замечать их взгляды, но временами это становилось сложной задачей.