ДоГадалась

На этот раз без неприятных падений. Павел Константинович еще не приехал, а ключа от приемной у меня не было, поэтому еще четверть часа бегала по этажам в поисках ключа. Наконец, открыла двери и плюхнулась за компьютерный стол. Про пирожки совсем забыла – оставила коробок на столе, а сама занялась делами.

Дверь отворилась десять минут спустя.

– Доброе утро, Павел Константинович, – подняла голову.

– Доброе утро, Татьяна Александровна, – ответил начальник. Он выглядел невыспавшимся, даже жалко стало. Интересно, во сколько он уехал? А Паук втянул воздух носом.

– Чем пахнет? – поинтересовался он.

Я принюхалась. Может, ему духи мои не нравятся? Или…

– Едой.

– А! – вспомнила о своем сюрпризе. – Я пирожки испекла. Хотите?

Павел уставился на меня, будто впервые видел.

– Где испекли?

– Дома, где же еще. Хороши получились! Угощайтесь, вон коробок на столе.

Начальник подозрительно покосился на коробок, открыл и взял пирожок.

«Не садись на пенек, не ешь пирожок», – вспомнилась детская сказка.

Но, конечно же, ничего дурного с Павлом не случилось. Он надкусил пирожок, прожевал с таким видом, будто пробует таракана, проглотил и взял себе еще один.

– Вам сколько оставить на обед? – спросила я.

– Штуки три, – как-то нервно ответил он и скрылся за дверью кабинета.

Три так три. Я что, против, что ли? Взяла из шкафчика чистую тарелочку, положила на всякий случай пять и накрыла салфеточкой, чтобы никто не позарился, а остальные в перерыв отнесла в родной отдел.

Там все были счастливы.

– Возвращайся поскорее, Татьяна, – пробасил Игорь, начальник нашего отдела. – Мы без тебя, как без рук.

– Это уж как Инна вернется, – ответила ему. – Павел Константинович и слышать ничего не хочет.

– Еще бы, где такой клад найдешь.

И все-таки приятно, когда коллеги считают тебя кладом. Я вернулась в приемную, и вовремя, потому что явился посетитель. И не абы кто, а сам хозяин компании. Он был постарше Павла лет на восемь – ему недавно исполнилось тридцать девять, и мы всем офисом скидывались на подарок.

Но выглядел Дмитрий старше. Наверное, потому что часто хмурился и вечно являлся наскоком, и так же быстро исчезал. Поэтому, издалека завидев смуглое недовольное лицо начальства и зачесанные на пробор короткие темные волосы, все спешили убраться с пути.

– Здравствуйте, Дмитрий Андреевич, – поднялась ему навстречу.

– Инна где? – спросил тот, не удостоив меня приветствием.

– Заболела.