Маска для канцлера

Я задумался, оценил двусмысленность ситуации… Покраснел.

– Я не в том смысле, – отвернулся, дабы не смущать впечатлительного Феона. – Раз у стражников есть описание твоей внешности, нам надо ее изменить. Думаю, лучший способ – это мне переодеться в мужчину, а тебе – в женщину.

– Что? – взвыл Феон.

– Посуди сам, стражники будут обращать внимание исключительно на мужчин, подходящих под описание. Даже если, допустим, сменить тебе цвет волос, все равно общие черты останутся теми же. А так появится шанс…

– Но где я возьму одежду? – заколебался несчастный, а я внутренне восторжествовал.

Не мне одному страдать.

– Я одолжу тебе свою.

Те платья, которые отправились в стопку «выбросить и забыть», были на шнуровке. Так что проблема с размером решалась сама собой. Феон перестал сопротивляться, поэтому за четверть часа я натянул на него коричневое платье с длинным подолом, чтобы прикрыть совсем не женские ботинки, вязаную шаль и нелепый чепец, чтобы никто не видел коротких волос.

– А что? Неплохо, – оценил результат.

 – Главное, не пускать лошадей в галоп, а то будет казаться странным. А так – едем потихоньку по своим делам. С документами беда, конечно, но их не особо-то и спрашивают.

Сам я переодевался в ванной. У Феона был глаз-алмаз – одежда сидела как влитая. А главное, рубаха была достаточно свободной, чтобы скрыть формы Лессы. Лицо, правда, мало кого могло обмануть, но на помощь пришел плащ с капюшоном. Точно такой же был у Феона. Что ж, мы готовы отправляться в путь!

Лошади так и перебирали ногами у входа на постоялый двор.

Никто не обращал на нас внимания – подумаешь, какая-то степенная леди в сопровождении то ли родственника, то ли охранника. На дорогах было неспокойно. Я как раз собирался заняться этой проблемой, когда оказался в чужом теле.

– Я чувствую себя идиотом, – бурчал Феон.

– Лучше быть живым идиотом, чем мертвым умником, – ответил я, забираясь на лошадь. – Надо было купить тебе женское седло.

– Издеваешься?

Да. Но я промолчал, только пустил лошадь вскачь.

Вскоре черта города осталась позади, а впереди расстилался пустынный тракт. Обычно осенью по нему тащились только телеги – кто с ярмарки, кто на ярмарку. А всадники вроде нас предпочитали не связываться со слякотью и бездорожьем. У нас же не было выбора. Я думал о своем. Феон тоже с разговорами не лез. Быстро стемнело, наступила непроглядная ночь, но мы не останавливались на ночлег. Я понимал, что надо спешить. И до самого утра мы находились в седле.