С любовью, теща!

Вкуснятина! Даже мучить Феодора сегодня перехотелось, но он подписал себе смертный приговор, предложив:

– Прогуляемся?

Ноги размять требовалось, поэтому я оперлась на локоть любезного «зятя» и двинулась с ним вдоль ручья, который вскоре вывел на берег узкой речонки. Дамы и кавалеры обрадовались нашей прогулке, тут же разбились по парочкам и медленно потащились за нами, стараясь и не мешать, и не отставать.

– Какая чудная погода!

Если не знаете, о чем говорить с незнакомыми мужчинами, начните с этого. Хуже точно не станет.

– В Леонсе всегда ранняя весна, – милостиво ответил Феодор. – И сейчас все благоухает. В королевских садах распустились розовые кусты, вам стоит на них взглянуть, ваше величество.

– Я не люблю розы, – наморщила носик. И правда не люблю, даже не покривила душой.

– Я тоже. – Феодор с легкостью пожал плечами. – Но их любила моя матушка, поэтому пусть растут.

О том, что у темных магов тоже есть матушки, я как-то подзабыла. Но «любила» в прошедшем времени меня скорее расстроило, чем порадовало.

Значит, ее больше нет. А титул, насколько я знала, Феодор унаследовал в шестнадцать, когда его отец погиб на войне.

– Прекрасно понимаю вас, дитя, – вздохнула я, а короля все-таки слегка перекосило. Учитывая, что ему тридцать, а матушке моей тридцать девять – их брак с отцом был ранним и скоропалительным – в сыновья он ей точно не годился.

– Я слышал, ваш супруг в отъезде… – Король резко сменил тему.

– Решил отправиться на воды, поправить здоровье, – ответила я.

 – Пустое, он часто там бывает. А делами королевства пока занимается наша Лили. Она у нас умница, красавица.

Кажется, это я уже вчера говорила… Но вдруг «зять» забыл?

– И кто же унаследует престол Леонсы, когда Лилия станет моей женой? – поинтересовался змей подколодный. Так вот куда он метит! Хочет вместе с принцессой получить и страну.

– Я еще достаточно молода, чтобы родить наследника, – пожала плечами. – Рано об этом думать.

Не рассорились бы родители, глядишь, и появился бы у меня братик.

Но нет, никак не пожелали мириться.

– Согласен с вами, простите мою бестактность.

Я обернулась. Дамы и кавалеры оказались далековато. Предательницы! Особенно Генриетта. Вдруг под ногами что-то зашевелилось. Я наклонилась и подняла жабку – хорошенькую, зеленую.

– Взгляните, какая прелесть! – сунула находку под нос королю.

– Ваше величество… – пробормотал тот.

– Очень люблю все живое, – призналась я, разглядывая квакушку.