Врата пустоты. Зеркальный страж

Но твой коридор другой – точный и действительно похожий на зеркальный лабиринт. Молодец, неплохо. В отличие от зеркал пустота всегда под рукой.

И я аккуратно запустил в Фила заклинанием.

– Да ты издеваешься! – взвился тот, отчаянно чихая.

– А раньше ты быстрее поднимал щиты. Теряешь сноровку. Беру свои слова обратно, двух раз в неделю недостаточно. Приходить будешь через день в любое время суток – у меня пока нет неотложных дел. Только дома не говори, запретят.

– С чего ты взял? – снова насупился брат.

– А разве я не прав?

Фил закусил губу и ничего не ответил. Какой же он все-таки еще ребенок! Так и не научился врать. Никто не обрадуется, когда поймет, где их младший сын и брат пропадает вечерами. Это было ясно и мне, и ему, но Филипп никак не желал этого признавать.

– Хорошо, – наконец кивнул он. – Я не стану говорить. Но, думаю, меня и так скоро заметят шпионы магистрата.

– Это те, которых я на голову магистрам выбросил, что ли? – Мне вдруг стало смешно. – Не беспокойся, если замечу хоть одного, его постигнет та же участь.

А теперь давай провожу тебя хотя бы до границ квартала, время позднее.

– Сам дойду, – тут же напыжился Филипп, но я не спрашивал, а утверждал, поэтому накинул плащ и следом за ним вышел в ночную прохладу. Пахло дождем – наверное, магистрат решил, что пора немного напитать землю водой. В пустоте не было никаких запахов, поэтому я довольно втянул носом воздух.

– Может, тебе что-то нужно? – осторожно спросил Фил. – Продукты или…

– Зеркала.

Все, что мне нужно, – это зеркала, – ответил ему. – Как можно больше, любых форм и размеров. Я замыкаю на них защитный контур.

– Я поищу.

Дальше мы шли молча. Я проверял пространство. Фил, похоже, тоже, но за нами никто не следил, а как только потянулись более оживленные кварталы, я остановился.

– Сам доберешься? – спросил его.

– Конечно, – спокойно ответил Филипп. – Я приду послезавтра с зеркалами, только ближе к вечеру, утром у меня лекции.

– Учишься?

– Преподаю.

И чем думал Рейдес? Потому что другого учебного заведения, куда могло занести братца, не было! Филиппу самому бы кто преподавал.

– И какой же предмет?

– Теорию и практику защитной магии, – ответил он.

– А! Ну, в этом ты хорош. Но ты бы лучше собой занялся, а не другими.

Фил промолчал. Я заметил, что он вообще больше отмалчивается, когда не желает спорить. Странный парнишка. Себе на уме.

– До встречи, – сказал я ему.