Врата пустоты. Зов пустоты

 – Полли пришла сказать, что мадам Лерьер отменила помолвку без ее ведома. Она, как и мы, не сомневается в невиновности Анри.

Похоже, Виктор не поверил, но внимание на меня обращать перестал.

– Я говорил с Карьеном, – отрывисто сказал он. – Тем служащим из отдела дознания, помнишь? Иногда такие бумажные крысы знают больше, чем иные высокопоставленные личности.

– И что? – В глазах Анжелы читалась надежда.

– Ничего хорошего. Такое чувство, что в отделе дознания прекрасно знают, что Анри невиновен, но им нужно назначить кого-то виновным, а он подходит лучше других.

– Но почему никто ничего не делает? – воскликнула Анжела в отчаянии.

– Потому что после убийства Таймуса в столице сложилась неспокойная обстановка. Магистр мертв. Надо дать людям виновного в его смерти, а не расписываться в своей беспомощности. Я не знаю, что с этим делать, Анжела. Карьен настоятельно советовал уехать.

– И отречься от сына? Ни за что!

– Я тоже так ответил, – вздохнул Виктор. – Но хотел бы, чтобы вы с Филиппом действительно на время…

– Нет!

Виктор не стал спорить – было совершенно ясно, что графиня не отступит.

– Что ж, пусть так, пусть так, – повторил он.

Вдруг за окнами раздался шум.

– Что это? – обернулась Анжела.

Я первой подбежала к окну, отодвинула тяжелую портьеру и увидела огни. Множество огней, которые стекались к особняку с окрестных улиц.

– Родители убийцы! – слышались разрозненные крики. – Горите в вечном пламени!

– Палачи! Не простим!

– Что они делают? – прошептала я.

– Покайтесь! – кричал кто-то. – Признайте, что ваш сын – чудовище.

– Отвечать должны все!

– Тебе надо уходить. – Вся растерянность Анжелы мигом исчезла, и она схватила меня за руку. – Прислуга выведет тебя через тот же ход, которым ты вошла.

– Анжи, тебе стоит уйти с Полиной, – нахмурился Виктор, словно решая что-то.

– Без тебя? – Передо мной снова была не сломленная горем женщина, а гордая графиня.

– Тогда поспешим. Полли не должны застать здесь. Это наша битва.

Первые камни полетели в окна, но охранные заклинания отбили их, и мы услышали только глухой стук.

– Полли, – Анжела сжала мои руки, – я верю, ты любишь нашего сына. Послушай, если вдруг ты увидишь его раньше нас, скажи, что мы очень сильно его любим, гордимся им и ни за что не поверим в его вину!

– Скажу, – пообещала я.